Книга Девочка моя, страница 88 – Юлия Резник

А я не знаю, что чувствую. Радость? Конечно. Она такая внезапная и резкая, что от нее даже больно становится, как от пинка в живот. Но в то же время я ощущаю страх и обиду, и злость — куда ж без нее? В общем, все разом. И каждое новое чувство так и норовит пробиться вперед, требует, чтобы именно его признали главным.

— Как ты меня нашел? — спрашиваю, потому что из всех вопросов этот кажется мне самым безопасным.

Голос звучит отвратительно. Хрипло, будто я только что проснулась или заболела. Андрей отводит глаза.

— Вспомнил название деревни. А уже здесь помогли добрые люди.

Несмотря ни на что, у меня дергается уголок рта. Добрые люди — это, очевидно, местные сплетницы?

— Мог бы просто позвонить, — сиплю я.

— А я звонил. Ты не ответила.

— Правда? — выпучив глаза, похлопываю по карманам. — А… Я, наверное, телефон в комнате оставила.

В его лице что-то меняется. Что это? Кое-кто решил, что я нарочно его игнорировала? Боялся, что поздно спохватился? Эта догадка приносит странное удовлетворение. Мелкое и гадкое, почти стыдное.

Впрочем, пусть. Заслужил.

— Я пить хотю, — вклинивается в разговор Катюша.

— Сейчас, зайка, — в очередной раз пробегаюсь пальцами по ее волосикам, а сама смотрю и смотрю на Чарского, не в силах отвести взгляда. За спиной звякает посуда. Мама что-то спрашивает из кухни, но слов я не разбираю. В доме жарко, пахнет выпечкой и рассолом — мы решили засолить первые огурчики. В траве стрекочут насекомые. Где-то у соседей заводится газонокосилка. Жизнь идет своим чередом, не останавливаясь ни на секунду, какие бы катаклизмы в ней не происходили. И каждый раз это меня удивляет.

— Проходите, — шепчу.

Андрей с облегчением выдыхает и переступает порог. Наверное, нам бы не мешало поговорить, прежде чем представлять Чарского родителям. В конце концов, я ведь даже не знаю, зачем он приехал.

Опускаю Катюшу на пол.

— Пойдем, познакомлю тебя с моей мамой.

Катя переводит взгляд на Андрея, ожидая от него разрешения. Он кивает. Я в таком состоянии, что это тоже царапает!

— Иди. И не забудь поздороваться.

Катя важно кивает. Вкладывает ладошку в мою. Пальцы у нее липкие. Наверное, от сладкой ваты. Или от чего-то другого, о чем я не хочу знать.

Веду ее на кухню. Мама стоит возле стола спиной к нам, выкладывая на блюдо пирожки. Услышав шаги, оборачивается. И замирает. Чего она явно не ожидала, так это увидеть рядом со мной незнакомую девочку с растрепанными косичками и подозрительными следами вокруг чумазого рта.

— Мам, познакомься. Это Катя.

Мама медленно оставляет тарелку.

— Здравствуй, Катюша…

— Здластвуйте, — старательно выговаривает малышка.

Мама улыбается. Еще немного настороженно, но уже мягче. Катя никого не может оставить равнодушной. На этот счет я не волновалась.

— Катя дочка моего друга, — поясняю я. Формулировка кажется мне почти издевательской. Но других слов я не нахожу. — Приглянешь за ней, пока мы поговорим?

Мама косится в сторону коридора, судорожно поправляя прическу. Она в курсе ситуации и в принципе догадывается, и кто этот друг, и что разговор между нами вряд ли будет простым. Но все равно по-женски переживает, какое произведет впечатление на моего мужчину. Парадокс, да? Женщина даже в такой ситуации в первую очередь остается женщиной.