Книга Приличной женщине нельзя..., страница 35 – Ашира Хаан

— Сама разберусь! — огрызнулась я, заматывая руку отобранным у него бинтом.

Снизу донесся шум включенного телевизора, мой телефон пискнул — машина подъехала.

Я постаралась спускаться на цыпочках, чтобы производить как можно меньше шума. Натягивала сапоги, оглядываясь на дверь гостиной, как воровка, накинула дубленку, даже не застегивая, так хотелось поскорее отсюда убраться.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Меньше всего мне хотелось знакомиться с моей ровесницей — матерью моего любовника. Стыд жег кожу, словно меня отстегали крапивой за неприличные «шалости».

Демьян отодвинул меня и помог отпереть дверь — замок никак не поддавался дрожащим рукам.

Незастегнутая, растрепанная, я выскочила на улицу и поспешила к такси, остановившемуся у соседнего дома.

— Ален! Давай поедем к тебе и там поговорим! — Демьян удержал дверцу машины, когда я попыталась ее захлопнуть за собой.

— Нет, Демьян, все! Это должно было закончиться рано или поздно, это закончилось! — я почему-то всхлипнула и еще раз подергала дверь. — Отпусти, пожалуйста. И застегнись, замерзнешь!

Его пальцы дернулись к молнии косухи, и я воспользовалась этим, чтобы захлопнуть дверцу. Таксист не стал медлить и рванул с места.

Я смотрела назад, пока мы не свернули на дорогу, ведущую к шоссе.

Демон стоял посреди улицы, медленно стягивая с себя шарф. Последнее, что я увидела — как он роняет его в снег.

Все звонки Демьяна я сбрасывала, ВКонтакте занесла его в черный список и, подумав, вообще закрыла страницу. Волны стыда накатывали на меня с неизбежностью морского прибоя, заставляя корчиться от воспоминаний о моем позоре.

Чтобы не возвращаться мыслями к моменту бегства, я занимала себя чем могла — промывала и мазала татуировку, пересаживала цветы, разбирала вещи в гардеробе, отмывала вытяжку на кухне — все это под громко орущий телевизор, забивающий голову чужими проблемами.

Татуировка, кстати, мне очень нравилась. Часы выглядели стильно, а тринадцатый час на циферблате напоминал о Джарете — Короле Гоблинов из «Лабиринта». Демьян чем-то напоминал его — поведением, глэм-роковым стилем и моим отношением к нему. Он притягивал подсознательно и отталкивал, если я включала разум.

В общем, тату мне шла — мастер был хорош. Но бесила страшно — тем, что заставляла вспоминать и тосковать по несбыточному.

Стало намного легче, когда прилетела Машка, и жизнь вернулась в обычную колею.

— О, мам, отличный цвет волос! — заявила она, обняв меня в аэропорту. Вот и вся реакция на мои безумства! На татуировку лишь скосила глаз, прокол в ухе вообще не заметила.

Зато все время пока мы шли к стоянке трещала, не затыкаясь.

В Лондоне было прекрасно все — музеи, музыка, парки, магазины, уличные украшения, еда, люди, улицы, папины друзья!

Папины друзья были прекрасны настолько, что она покрывалась легким румянцем, когда о них рассказывала.

Поэтому вечером я позвонила бывшему мужу и аккуратно поинтересовалась, у кого из его приятелей-алкоголиков голова лишняя. А то можно исправить.

— За кого ты меня принимаешь? — оскорбился он. — Они нормальные айтишники, по большей части женатые.

— Так. И кто из них подкатывал к твоей дочери?

— Никто! — он возмутился повторно. — Клянусь своей потрепанной печенью.