Книга Приличной женщине нельзя..., страница 33 – Ашира Хаан

Я вздохнула. Так и думала, что придется объясняться. А я не знала, как толком выразить свои чувства, чтобы это и вправду не выглядело, как вежливая отмазка.

— В твоей музыке так много тебя, что я не могу поделиться впечатлениями о ней, не признавшись в чувствах и к тебе тоже… — осторожно сформулировала я.

— И какие у тебя чувства ко мне?

Я улыбнулась тому, как быстро он выцепил суть.

И молча покачала головой.

Нет, мальчик. Не поймаешь.

Демьян прижался лбом к моему лбу, качнулся из стороны в сторону и проговорил странным неуверенным тоном:

— А я тебя, кажется, люблю… — он будто прислушивался к собственным словам — с изумлением и недоверием.

Отреагировать я не успела.

— Демон! — окликнул его Булгаков, окруженный компанией друзей. — Бухать идешь?

— Нет. Мы домой, — отозвался Демьян, обнимая меня крепче и целуя в висок.

За всю оставшуюся ночь в его спальне мы больше не поднимали эту тему. Хотя Демьян, шепча обычные свои нежности, то и дело осекался на: «ты моя нежная, ты моя красивая, ты моя…» — он обрывал сам себя.

Черт его знает, куда это могло завести, если бы утром, после трех часов сна мы не проснулись от хлопанья дверей и голосов.

Я, в прошлом тревожная мамочка с золотой медалью по чуткому сну, подскочила первая и некоторое время вслушивалась в то, что происходило на первом этаже. Шумел чайник, хлопали дверцы, женский голос что-то напевал, звякали приходящие сообщения.

На грабителей это было не похоже — увы, я бы предпочла их, чем очевидную альтернативу.

Демьян крепко спал, обхватив подушку, демонстрируя изумительно красивые мышцы спины, и я не удержалась от мимолетной ласки, когда стала его будить.

Он, не открывая глаз, перевернулся, ловя мою ладонь, прижался к ней губами — и вот только теперь насторожился, прислушался.

— Мать вернулась, — сказал он вполголоса. — Рановато. Я сейчас. Никуда не уходи.

Подскочил, моментально натянул спортивные штаны и ссыпался по ступенькам вниз. Я только открыла рот, чтобы сказать, что у него на шее засос, пусть хоть футболку наденет… Но не успела.

— Демьян! — дверь осталась приоткрытой и слова стали разборчивее. — Ой, я потом перезвоню, сын проснулся. Демьян, что происходит?

Есть такой особый тон — материнский. Я им тоже владею в совершенстве. Но одно дело, когда ты таким тоном отчитываешь собственную дочь, которая опять забыла позвонить с вечеринки.

И совсем другое — когда отчитывают твоего малолетнего любовника.

Сразу стало зябко, и я поняла, что ничем хорошим это утро не кончится.

Хотя нет. Не так.

Все хорошее уже закончилось этим утром.

— Ничего не происходит, мам.

Голос у Демона был лениво-вальяжный, как раз такой, какой родители называют «наглым». После чего следует скандал на тему: «Хватит мне хамить».

Платье, чулки, сумка.

Дубленка и сапоги остались в прихожей.

Как неудобненько-то…

Я открыла приложение такси и выбрала махом сразу все тарифы — кто быстрее приедет, тот и молодец, я без предрассудков, а денег сейчас вот вообще не жаль. Почему телепорт все еще не изобрели?

— Чьи это вещи на вешалке? Кто у тебя в комнате?

— Девушка. А что, есть варианты?

Что ж он нарывается-то так…

— У нас был уговор, Демьян.

— У нас был уговор, что я могу делать, что хочу, когда тебя нет.