Книга Из глубин, страница 144 – Вера Камша

— Я поняла. – Для нее это довод. Дочь Эгмонта всерьез полагает, что за добро платят добром, прежде Робер тоже так думал.

— Сударыня, вы долго жили очень замкнуто и многого не знаете. Поэтому я умоляю вас меня выслушать, не перебивая.

Айрис кивнула, из прически выбилась русая прядка, налетевший ветерок ухватил ее, как разыгравшийся котенок. Робер взял девушку под руку, та уже не брыкалась, и они побрели меж спящих деревьев и мраморных астэр.

— Айрис, – злости в серых глазах больше не было, только надежда и доверие, – вы понимаете, что дело Раканов безнадежно? К весне у его величества останется лишь один козырь – заложники, и прежде всего герцог Алва. Поверьте, сейчас его жизни ничего не угрожает, Альдо Ракан не станет сжигать единственный корабль.

Не стал бы, если б не вера в проклятую Силу, хотя и тут есть за что зацепиться. Рокэ, как ни крути, глава дома Ветров. Истинный глава, потому что Альбин был старшим сыном старика Лорио. Лишить можно наследства, но не крови.

— Весной Рокэ в Багерлее уже не будет, – выпалила Айрис, и Роберу отчего-то стало страшно.

— Сударыня, – если она не поймет сейчас, не поймет никогда, – герцог Алва сдался по доброй воле, связав свою участь с участью Фердинанда. Он не убежит.

— Алва – Человек Чести, он не станет клятвопреступником, как Ричард Окделл, – заявила сестра Дика, – поэтому сначала мы похитим Фердинанда.

Воистину имя безумию – женщина, но Айрис права. Беда в том, что вытащить бывшего короля из Багерлее трудней, чем Ворона. Захоти тот выбраться, он бы уже сделал это, но растерявшийся толстяк, не способный ни бежать, ни драться… С таким грузом на шее не побегаешь.

— Вы правы, я об этом не подумал. Я попробую узнать, что можно сделать для Фердинанда, но мне нужна ваша помощь.

— Я готова!

— Вам придется лгать, сударыня, лгать много и долго.

Серые, до невозможности честные глаза уставились прямо в душу. И почему это он решил, что Айрис некрасива?

— Я солгу, – твердо сказала дочь почти святого, – если надо, даже в церкви.

— Айрис, – как мерзко предавать людей, которые тебе верят и за тобой идут, даже если ты предаешь их всего лишь на словах, – нас сейчас только двое. Признаться, я рассчитывал на вашего брата, но…

— Дикон оказался негодяем, у меня больше нет брата.

Какая решительная особа… Будь у Эгмонта столько решимости, он бы не проиграл. Или не восстал, как бы его ни тащили и не толкали.

— Не судите Ричарда слишком строго, по крайней мере сейчас. Тем более вам придется помириться.

— С предателем?!

— Айрис, я предупредил, что придется лгать, и в первую очередь родичам. Поймите, вдвоем мы ничего не сделаем, нам нужны надежные люди. Надежные и умелые, а таких в Олларии я не знаю. Я здесь чужой, вы – тоже. Мои южане ненавидят Олларов и герцога Алва.

Альдо и северян они ненавидят много больше, но лгать так лгать.

— Что же делать? – Озера отражают то тучи, то небесную синеву, а в человеческих глазах надежда сменяется отчаянием. Мэллит, когда думает об Альдо, смотрит так же.

— Я должен послать за помощью, получить ее и дождаться подходящего момента, причем так, чтобы Альдо Ракан и его сторонники ничего не заподозрили. Я не могу исчезнуть из города накануне коронации. Вернее, могу, но тогда мне перестанут доверять. Вы можете.