Онлайн книга «Шар судеб»
|
— Кто? – раздалось по ту сторону раззолоченных створок. – Кто звонил?! Дверь затрясли, но еще один золоченый засовчик держал на совесть. Зацепившись за особо колючую розу, Арлетта перебежала комнату и дернула задвижку. Та не поддалась, графиня потянула сильнее, засов заупрямился. Он был слишком тугим для женских рук. — Мевен! – крикнула Арлетта, позабыв о приметах. – Идите сюда! Все в порядке… Я – графиня Савиньяк. Я проверяла звонок. Вот оно! То, что объясняет почти все. Если зверь совсем как лошадь, только с рогами, долой рога! Это лошадь, с которой пошутили. Лошадь, господа… — Что случилось, сударыня? Что с вами?! – Мевен решил, что на нее напали, а ей просто муторно от глупой подлости. От того, что она угадала, потому что начинала фрейлиной, а во дворцах ничего не меняется, кроме королей. — Виконт, вы можете открыть дверь? — Разумеется. — Открывайте. А ведь и он не сразу… Из какой ерунды можно сделать смерть. И жизнь, наверное, тоже, но смерть получается чаще. — Подвиньтесь. — Что вы хотите? — Задвинуть засов. — У вас не получится. Он слишком тугой для женщины. — Именно, виконт. Закатные твари, вы еще не поняли? Глава 4 Талиг. Оллария 400 год К.С. 22-й день Весенних Молний 1 Эпинэ с трудом разлепил глаза и увидел графиню, Мевена и четверых гвардейцев. Они могли быть сном, а могли – и явью. Робер глубоко вздохнул, приходя в себя после короткого липкого небытия. Он каждый день клялся не спать сидя, от такого сна становилось лишь хуже, и все равно засыпал, стоило хоть на двадцать минут оказаться не у дел. — Тебе нужен шадди, – постановила графиня. – Вообще-то тебе нужна кровать, но чуть позже. Сейчас войдут дамы, и мы кое-что выясним. Твое дело – не удивляться. — Это не Дикон? — К сожалению, это Окделл, но не все так просто. — Закатные твари! Не услышала? Рафиано тактичны… А он, дурак, надеялся, что Арлетта что-то все-таки найдет. Какой-нибудь ход… Иноходец зевнул и застегнул олларовский мундир. С маршальской перевязью. Видел бы дед! А хоть бы и видел… Маршал Шарло выбрал то, что следовало, и нечего было сворачивать к Ренквахе. Принесли шадди. Так быстро его не сваришь, значит, в буфетную послали заранее. — Я дам буфетчику пару уроков. – Арлетта поставила чашечку на поднос. – Это ужасно… — Неважно. – Робер с трудом удержался от искушения присвоить отвергнутый графиней напиток. Марианна не велела выпивать больше трех чашек в день, и он обещал, но тогда они собирались жить долго и счастливо. – Шадди должен быть крепким, остальное – неважно. — Только когда надо проснуться, – немедленно уточнила Арлетта. Графиня устроилась у окна в кресле, на котором взлетал в прыжке дождавшийся хозяйки олень. – Представляешь, я встретила знакомую юных лет. Одетта Мафра́… Какой же красавицей она была… Ни денег, ни титула, ни мозгов, зато личико принцессы из сказки. — Неужели? — Увы. Виконт, мы готовы. — Позовите дам, – велел Мевен. Он шадди не пил и, в отличие от Робера, понимал, что происходит. Двое гвардейцев замерли у стены, еще двое встали у дверей, словно на одном из затеянных Альдо советов. За плечом левого гвардейца тикали часы. Лэйе Астрапэ, он проспал почти три часа! Заскрипело, зашуршало. Дамы вошли гурьбой. В своих траурных платьях они напоминали черных алатских овец, особенно Одетта Мэтьюс. Мевен галантно поднялся из-за стола. Робер понял, что ведет себя по-свински, но вскакивать было поздно. Арлетта даже не шелохнулась. Кабинет капитана личной королевской охраны был большим, сидящая на другом его конце графиня казалась молодой и гордой, как демоница. Эпинэ смотрел на материну подругу и не заметил, как Мевен подал знак и гвардейцы четко, словно на параде, заступили выход. |