Онлайн книга «Шар судеб»
|
Преодолев отвращение, я взял один из мерзких, во всех смыслах пачкающих руки листков и заставил себя прочесть его медленно и вдумчиво. Выходило, что генерал Алва перевел свою армию через Ренкваху и вышел в тыл войскам Окделла. Несчастных частью перебили, частью загнали в болота и заживо утопили. Надо думать, сейчас победители заняты тем, что грабят дома побежденных и всячески радуются жизни. С учетом вошедшего в поговорку кэналлийского любвеобилия в Надоре родится немало чернявых младенцев. Впрочем, бергеры тоже отличились. Когда я прочел, что среди тех, кем гордится корона, значится барон Хелльвальд, я понял, что отмщен. Стать женой палача – что может быть отвратительней, а Хелльвальд – палач, поднявший руку не только на свободу, но и на соседей, ведь Бергмарк граничит с Надором. Он знал этих людей, ездил через их земли, покупал у них хлеб, а теперь жжет поля и вешает тех, кто не желает жить по окрику из Олларии. Нет, четырежды правы советующие держаться подальше от тех, «кто чужой гордится кровью, пролитой его рукой…». Я собирался написать, что заблуждался, пророча победу Эгмонту и его товарищам, что в оценке сил и участников восстания мною сделана ошибка, но нет! Ошибся не я, это сама история избрала неверный путь, а в итоге умерла справедливость, а вместе с ней и надежда. 24-й день месяца Весенних Волн 393 года круга Скал Я мог больше не опасаться за судьбу своей работы, все оставалось по-прежнему – король, временщик, головастики, Арамона с его сапогами и хеканьем. Мне следовало выбросить все из головы и взяться, наконец, за диссертацию, а я не мог. Весть об очередной, именно очередной – в Талиге оно выигрывает всегда – победе Зла словно бы приглушила мое восприятие жизни. Сам себе удивляюсь – ну что мне этот мятеж и его неудача? Я закончу, что намеревался, уйду в отставку, изыщу способ вывезти в Агарию книги и рукописи и уехать самому. Моя жизнь, как я и мечтал, закончится под кипарисами возле моря. И все же чудовищно обидно так ошибиться насчет восстания и его участников. Переоценил я таланты северного герцога, вот этот-то идеализм меня и гнетет. Признавать правоту Арамоны нестерпимо, но прежде, чем ее признать, нужно разобраться, что же произошло на самом деле. Итак, генерал Окделл позволил генералу Алве обойти себя и нанести удар в спину. Ренкваха весной действительно труднопроходима, но правнук пресловутого Алонсо как-то ухитрился перевести через топи своих головорезов. Вопрос – как? В Надоре Алва чужак и вел с собой таких же чужаков, которым по всем законам логики следовало перетонуть как крысам. Повезло? Нет, это сотню шагов можно сделать «на удачу» и не провалиться, а на то, чтобы хорна за хорной идти вперед, никакого везения не хватит. Вот мы и пришли к единственному возможному ответу: Алве показали безопасную дорогу через трясины, которая существует вопреки картам и книгам. Либо тот, кто их составлял, проявил вопиющую небрежность, либо со временем вода нашла образовавшуюся позднее трещину и ушла, а местные об этом проведали. Кто-то из них польстился на награду и предал своих соседей. Богатство кэналлийских полушадов-полукоролей известно, как и их привычка швыряться золотом. Новый Парамон [4] получил свою плату, Алва – победу, а Окделл и Эпинэ – смерть. |