Онлайн книга «Шар судеб»
|
Робер кивнул. Клемент с оскорбленным видом чистил усы, в окно стучал дождь. Закатные твари, он когда-нибудь кончится?! — Посмертные дети всегда создают определенный казус, – задумчиво произнес адвокат, – тем более посмертные дети короля. Будем исходить из этого. Будущий ребенок – ребенок Фердинанда, зачатый после воссоединения августейшей четы… Это – краеугольный камень, на котором… — Сейчас главное – удержать Альдо, – схватил под уздцы юридического конька Робер, – или… — Нанести упреждающий удар? – подсказал адвокат. – Совершенно верно, но его следует должным образом обосновать. Ваше выступление не должно выглядеть мятежом против признанного иноземными державами короля, но изгнанием узурпатора и восстановлением законной власти. Я вижу во вновь открывшихся обстоятельствах большие возможности, да что там большие – огромнейшие! Конечно, подготовка потребует проверки и некоторого времени… — Мэтр Инголс, – пробормотал окончательно растерявшийся Эпинэ, – какое время?! О чем вы?! Если Альдо потребует Катарину, мы выступим, не дожидаясь Дорака. Придется одной рукой драться с Халлораном, Окделлом и гимнетами, а другой – сдерживать горожан. Не знаю, что труднее… — Когда все кончится, я уеду в Хексберг, – с отвращением объявил юрист. – Или еще куда-нибудь, где вас не будет, иначе я сойду с ума и забуду кодекс Франциска. Вы спасаете королеву Талига и ее еще не рожденного ребенка из лап убийц Фердинанда и… Об этом говорить несколько преждевременно, но вам будет что предъявить Посольской палате и горожанам, а многие из них после суда носят цвета Ариго. Это вы, надеюсь, заметили? Это не заметил бы только слепой, да и Карваль после суда не называл Катари иначе чем ее величеством. Что чувствует мужчина, когда одинокая слабая женщина бросается в бой? Стыд и невозможность сидеть сложа руки. — Да, – подтвердил Иноходец, – я заметил. Юрист рассеянно кивнул и поднялся. — Мне потребуется пара дней, – объявил он. – Я почти не сомневаюсь… Нет, я уверен, что мы не оставим нашим оппонентам ни малейшей лазейки! Глава 2 Талиг. Хексберг Талигойя. Ракана (б. Оллария) 400 год К.С. 5 – 6-й день Весенних Ветров 1 «Нашему возлюбленному сыну Луиджи». Почерк был отцовским, но нелепая надпись и печать с короной кричали о дурацком розыгрыше. Под стать был и украшенный здоровенной птице-рыбо-девой футляр, на который капитан поначалу не обратил внимания. Джильди списал бы странное послание на Бешеного, но в Хексберг они вернулись вместе, и немедленно умчавшийся к Альмейде Вальдес подсунуть письмо никак не мог. Оставалось предположить, что отец внезапно сошел с ума. Луиджи собрался с духом и сорвал печать. Привычное обращение успокоило, но ненадолго. «Мой дорогой Луиджи, – писал адмирал Джильди, – произошло нечто удивительное, в корне меняющее не только судьбу города, которому мы по мере сил служили и служим, но и нашу с тобой жизнь. Когда ты вернешься в Фельп, я расскажу тебе обо всем в подробностях, но пока я сам до конца не верю в случившееся. Ты помнишь, как я всегда относился к Дуксии и до чего засевшие в ней дураки и предатели едва не довели Фельп. Появление герцога Алва и его победы открыли многим глаза и придали отваги. Как ты знаешь, я никогда не имел обыкновения скрывать свое мнение. После твоего отъезда я трижды пытался добиться от Дуксии замены генералиссимуса и старшего адмирала, но уроды в мантиях не желали слушать ни меня, ни Уголино, а зимой начали поднимать голову гайифские подпевалы. Стыдно вспоминать, но многие договорились до того, что павлинье золото искупает прошлогоднее вероломство, а положение, в котором оказался Талиг, снимает с нас союзнические обязательства. Сам понимаешь, как это нравилось тем, кто дрался с «дельфинами», теряя друзей и корабли. |