Книга Трогать запрещено, страница 54 – Алекс Коваль, Анна Мишина

Отступаю от девушки, направляюсь к шкафу. Снимаю пальто с вешалки, надеваю быстро. И к двери.

— Пойдем, — зову ее, открыв дверь.

Девушка отмирает наконец, подняв голову. Оглядывается, смотрит на меня, но тут же отводит взгляд в сторону.

Мы выходим из кабинета. В приемной Лиза. Удивленно смотрит на нас с Юлей.

— Ой, — выдает моя помощница. — Я не…

— Я отъеду по делам, — перебиваю. — Вернусь или нет, решу по дороге, отзвонюсь.

Лиза кивает и провожает нас взглядом. Вызываю лифт, двери тут же открываются. Нажав на кнопку первого этажа, прислоняюсь к стене кабины. Пока мы отматываем вниз добрый десяток этажей, я зависаю на девчонке взглядом. Маленькая, худенькая, хрупкая, как статуэтка фарфоровая. Как вообще в такую красивую головку взбрела мысль обо мне?

Делаю вдох, улавливаю запах девушки. Не духи. Но если и они, то совершенно ненавязчивое. У Илоны духи резковатые. Не раз делал ей замечание. А тут что-то тонкое и еле уловимое. Собственно, как и сама Данилова. Такая притягательная, что приходится сжать пальцы в кулаки, лишь бы не сорваться и дотронуться.

Нельзя. Ни в коем виде и ни коим разом — нельзя, Титов!

Лифт отзывается сигналом, и двери раскрываются. Юля выходит первой, я за ней молчаливой тенью. Выйдя из здания, девчонка тут же меняет свою траекторию и торопится в противоположную сторону от меня. Молниеносная реакция!

— Юль, — зову ее, но она не реагирует.

Да твою мать!

Рванул за ней. Хватаю за руку и тяну за собой.

— Я сама, правда. Не нужно со мной, как с маленькой, носиться, — чуть ли не брыкается, пытаясь выдернуть руку из моей.

— Давай без глупостей, хорошо? — оборачиваюсь так резко, что она чуть не врезается в меня. — Я сказал, что отвезу тебя, значит, так и будет, — смотрю в ее глаза. Жду повиновения. Давай, девочка, ты же умненькая, не усложняй и без того непростую ситуация.

Юля кивает. Я отпускаю ее руку и, слава богам, больше она не пытается никуда бежать. Дойдя до машины, снимаю сигналку. Открываю для девушки дверь, придерживая. Она, чуть помедлив, не решается спорить и забирается внутрь. Вот и умница.

Закрываю и тороплюсь за руль. Завожу тачку, включаю печку. Мажу взглядом по рядом сидящей девушке. Юля отвернулась. Пальцами теребит край куртки и упорно делает вид, что именно вот эта стена подземной парковки самое интересное, что ей доводилось видеть в жизни. Не смотрит она на меня, короче. Никак.

Я давлю по газам, с каким-то отчаянием сжимая руль. Надо поговорить. Только вот что я могу ей сказать? Не умею я вести задушевные диалоги. Не заточен мой язык под это.

— Я впервые в подобной ситуации, — признаюсь честно, выруливая на дорогу, пристраивая тачку в плотный поток.

— Только не говорите, что вам впервые признаются в любви, — усмехается девчонка. И это ее «вам» режет слух.

Да, наверное, именно так впервые. Чтобы просто прийти и признаться. Без задней мысли, без расчета, максимально неискушенно и предельно честно. Сука! Сжимаю челюсти, а это ее «Я, кажется, влюбилась» — зациклилось в голове и крутится снова, и снова, и снова. Больше чем уверен, она знала, понимала всю суть ситуации и все равно пришла. Не струсила. Не спасовала.

— Только отцу не говорите, — ее голос дрожит.

Оглядываюсь. Юля закусывает губу, но держится молодцом.

— Почему я должен ему сказать? — удивляюсь.