Книга Сага о Вечных, страница 79 – Лизавета Мягчило

Ему бы обидеться, оскорбиться до глубины души, отвечая резкостью на резкость. Только изумленно распахнутые глаза не могли прекратить следить за тем, как чудовище вгрызается в горную породу каменными пальцами, выдирая из стен кузницу и жадно забрасывая ее в исходящую паром пасть.

— Что он здесь забыл? Убить его как?

Оба дверга хором расхохотались. И была в их смехе горечь, пропитанная сожалением. Была обида на всех людей разом. Ульву подумалось, их с Вигдис сейчас же вышвырнут навстречу монстру. Забудется и витиеватая волна кос на голове Давлина, и смятый колокольчик с обещаниями, данными темными альвами. Просто потому, что сейчас страдают безвинные. А груз боли и беспомощности слишком велик даже для таких могучих существ.

— Он крадет наши древности, работы, в которых есть частицы жара – золото солнца, которого мы никогда не видели, семена рун, способных даровать величие и снисходительность богов. Он крадет все, что даст жар. Даст жизнь… – Покачав головой, Эйтри грубо схватил Ульва за кисть и отшвырнул со своего пути, прилипнув к стене, попытался вдоль нее добраться до двери. – Нужно попасть хоть в одну из огненных жил, спрятанных по всему телу. Маленькой крупицы металла будет достаточно. Но беда в том, человек из Сваррвика, что брешь эту найти можно, лишь подобравшись к нему вплотную… Не бери до головы, будем надеяться, он не разграбит все до ночи, не уничтожит весь наш мир. Прошлого мы одолели лишь после заката, потеряв почти половину собственного народа и сокровищ. Просто закрой глаза. Так делают все люди.

Тихо скрипнула дверь, за которой с надеждой что-то вскрикнула Вигдис, дверг исчез, оставив ее приоткрытой для своего собрата. А Давлин так и не дотянулся до дверной ручки, с изумлением глядя на то, как сосредоточенно Ульв поводит плечами, разминая их. Как приценивается, склонив голову вбок. А затем делает шаг вперед, к содрогающемуся ущелью и уцелевшим после атаки чудовища мостам.

— Ты что соб…

— Если я не выживу, дай слово, что проведешь Вигдис прямиком до моста Биврест. Знаю, что солнце для вас губительно – ищи пути пещерами, но доведи. Слышишь, Давлин?

Полетели камни, стал шире лаз, лучи хлынули, затопили почти все, превращая двергов, прижатых к противоположной стене, в статуи. Ульв шумно выдохнул, размеренным шагом огибая широкий валун на пути.

— Для чего тебе это, викинг?!

На мгновение обернувшись, он увидел на лице Давлина такое чистое изумление, почти оскорбленность, что валун, давящий на душу, стал весить немного меньше. Ульв улыбнулся.

— Если виной всему человеческий род, разве не будет справедливым, что он и исправит свои ошибки? Если вы от нас отвернетесь, шансов у Вигдис будет немного. Она уже не может бегать, я знаю, как тяжело ей дышать…

— Ты так любишь ее?

Больше всего люблю.

Ульв промолчал. Не стал тратить мгновения, переходя на пружинистый мягкий бег. Рука Бергбледда часто мелькала совсем рядом с одним из навесных мостов. Если чудовище не успеет его оборвать, если Ульв сумеет перепрыгнуть с него на огромную лапу, он будет спасен. Вигдис будет спасена.

И он бежал. Размеренно, ровно ходила грудная клетка, ноги привычно несли его вперед, перепрыгивали через мелкие камни, помогали взлетать на крупные валуны. Взгляд намертво вкипел в злополучный мост. И когда Ульв пробежал большую часть, когда до опускающейся руки осталось всего ничего, грубая ладонь смяла цепь, дернула вниз так быстро и резко, что мир вокруг почти кувыркнулся. Ульв прыгнул. На несколько мгновений вскидывая лицо вверх, встречаясь взглядом с алыми, плавящими все живое глазами. Бергбледд заметил его. И что-то заставило чудовище жадно потянуться за падающим викингом. Следом.