Книга В пятьдесят первая любовь вернулась врагом, страница 21 – Андрей Левинский

За стеклом Антон смотрел на нас. Я прикрыла ладонью экран телефона. Не хотелось, чтобы он видел, кому я пишу.

Анастасия Сергеевна принесла оставшиеся листы выписки и ушла делать копии заявлений. Мы с Дашей стали просматривать платежи до папиной смерти.

— Подожди, — сказала я, когда дочь взялась перевернуть страницу.

Внизу стояло: «Соколов Кирилл Викторович».

Назначение — «Возврат подотчётных средств по отделочным материалам».

Один миллион восемьсот шестьдесят тысяч рублей.

Я достала телефон, открыла фотографию страницы из красной тетради. «С-3 — дет. — 1860».

Даша смотрела мне через плечо.

— Мам…

Поверх фотографии появилось сообщение от Кирилла.

«Антон сказал, что ты в банке. Ничего там не подписывай. Я всё объясню».

Я смотрела на его имя и никак не могла вспомнить, о чём он просил, когда занимал у меня сорок две тысячи.

Я не стала звонить Кириллу. Написала: «Приезжай домой. Привези всё, что есть по переводу. Елена тоже будет».

Он ответил: «А Воронов?»

«Нет».

Появились три точки. Пропали. Наконец пришло: «Буду минут через сорок».

— Думаешь, он знал? — спросила Даша.

— Не знаю.

Мне хотелось сказать, что нет, не мог. Кирилл бывает безалаберным, тратит больше, чем зарабатывает, но не стал бы… Я остановилась. Полчаса назад я так же мало знала о фирме Даши.

У выхода нас ждал Антон.

— Поехали домой, — сказал он жене. — Поговорим нормально.

Даша поправила сумку на плече.

— Я к маме. Детей заберу.

— Я сам за ними съезжу.

— Не надо.

Он посмотрел на меня, потом снова на неё.

— Ты сейчас на взводе. Давай поедим, успокоимся.

Даша шагнула было к нему, но остановилась.

— Я поем у мамы.

— Даш…

— Не сейчас, Антон.

Она пошла к моей машине. Я задержалась.

— Ключ от дома верни, пожалуйста.

— Какой ещё ключ?

— От моего дома. Которым ты дверь открываешь.

Он усмехнулся.

— Уже и ключ? Серьёзно?

— Да.

— Он в машине.

— Привезёшь сегодня.

Антон посмотрел мне в лицо.

— Вы хоть понимаете, что делаете? Она сейчас наговорит такого, что потом не исправишь.

— Она пока только вопросы задаёт. Почему нельзя ответить?

Он отвернулся и достал телефон. Я не стала ждать.

Даша сидела в машине, поставив сумку на колени. Я села за руль и написала Елене, что мы едем и скоро приедет Кирилл. Потом проверила, пристегнулась ли дочь. Даша заметила.

— Пристегнулась, мам.

— Вижу.

Некоторое время мы ехали молча.

— Можно мы у тебя побудем? — спросила она. — Я пока не хочу домой.

— Конечно.

— Только не начинай, пожалуйста, про развод. Я не знаю, что делать.

— И не надо сейчас решать.

— Ты же думаешь, что надо уходить.

Я остановилась на красный.

— Я думаю, что ты совсем вымоталась. Доедем, поешь. Потом решишь, где сегодня ночевать.

Она кивнула и стала смотреть в окно.

— Дети слышали, как мы утром разговаривали?

— Они больше женихами моими интересовались.

Даша повернула голову.

— Какими женихами?

— Семён Воронову экзамен устроил. Спросил, как динозавра зовут. Тот не знал.

Дочь тихо засмеялась.

— Всё, не взяли?

— Пока на пересдачу отправили.

Она улыбалась ещё несколько секунд. Потом губы задрожали, и она закрыла лицо рукой.

Я остановилась у обочины и достала из бардачка салфетки.

— Не надо, — сказала Даша. — Поехали. Я сейчас.

— Постою минутку.

Я гладила её по спине, неудобно перегнувшись через ручник. Даша отодвинулась, чтобы не испачкать мне рукав тушью. Я снова притянула её к себе.