Книга Выжить после предательства, страница 57 – Алиса Мур

— Ариш, мне пора. Вернусь вечером, обещаю. А ты… отдохни, наберись сил.

Направляюсь в гараж, не в силах стереть с лица глупую, но такую искреннюю улыбку.

За рулем, вдавливая педаль газа в пол, старался выкинуть из головы образ Арины, прижавшейся ко мне, как испуганный котенок.

В офисе всё раздражает. Бессмысленные совещания, пустые разговоры — всё это кажется фарсом после того, что я пережил. Хочется сорваться, послать всё к чёрту и вернуться к ней, обнять, защитить от всего, что может причинить ей боль. Но я знаю, что не могу. Не сейчас. У меня есть обязательства.

Весь день проходит как в тумане. Каждая минута кажется украденной у неё. Я работаю механически, на автомате, мечтая лишь об одном — чтобы стрелки часов поскорее добежали до заветного времени, когда я смогу снова увидеть её.

— К вам пришли, — говорит секретарь и тут же скрывается за дверью.

— С какого перепуга тебя угораздило залезть в осиное гнездо Суркова? — Прищуриваюсь, разглядывая старого приятеля, словно редкую бабочку. Каждая морщинка, каждая дрожь в руках — всё на виду. — Сурков зубами вцепится, не отпустит.

— У моего друга, того ещё мастодонта, дочку сцапали. Девчонка совсем, молоко на губах не обсохло!

Я знал о борделе Суркова для странной публики. Зловонная яма, от которой воротит даже самых прожженных. Многие мечтали прикрыть эту клоаку, но никто не решался. Я и сам старался держаться подальше — не мое дело, пусть копошатся. Но теперь… Теперь коснулось. И отказать человеку, с которым делил последний кусок хлеба, смотрел смерти в глаза… Я не мог. Не имел права.

— Ладно, подумаю, как этого кракена за жабры взять. Но и ты, дружище, семь раз отмерь, прежде чем в это всё нырять. А то вынырнешь в лучшем случае без зубов!

Устало массирую виски, пытаюсь выжать из головы остатки здравого смысла. Провожаю взглядом его удаляющуюся фигуру.

Последний раз, кажется, «вызволял принцессу» лет десять назад, когда соседского кота замуровали в подвале. Операция прошла успешно, кот был спасен и даже не сильно обиделся. Надеюсь, в этот раз все пройдет не хуже.

Домой мчался, словно одержимый, не видя ни зги вокруг. Красный свет, зеленый — какая теперь разница, когда сердце рвется к ней, к Арине. Нужно скорее, немедленно увидеть ее.

Пока жал на газ, грызла предательская мысль: «А не напугал ли я ее своим напором? Черт возьми, у нас же целая пропасть в возрасте! Вдруг она опомнится и решит, что этот поцелуй был ошибкой, мимолетным помешательством?»

Сердце защемило от этой мысли. Свернув к цветочному магазину, выбрал букет пышных, трепетных пионов. Сжимая руль до боли в костяшках, вновь помчался вперед.

В дом прокрадываюсь на цыпочках, словно по минному полю, где каждая половица — потенциальный предатель! Из кухни доносится мелодичное мурлыканье и запах, от которого желудок исполняет победный марш.

Застываю в дверях, ошеломленный открывшейся картиной. Арина, в невесомом платье, что-то напевает себе под нос, покачиваясь в такт музыке, и колдует над плитой.

Невероятная… Глаза жадно скользят по её длинным, точеным ногам, задерживаются на округлившемся животике, придающем ей особенное, трепетное очарование. Сердце замирает от нежности. Букет прячу за спину, как мальчишка, робеющий перед первой любовью.