Книга Котенок Шмыг, авария и полный мандарин!, страница 54 – Яна Лари

— Бежим?

— Бежим.

Мы срываемся с места. Гуси — за нами.

— А сани? — Я бросаю взгляд через плечо.

На манеже те же, хлопают крыльями так, что снег подлетает вверх белыми клочьями. Только теперь у смерча из зубов и перьев появился лидер. Расстояние от моих ног до клюва — жалкие сантиметры!

— Хрен с ними. Беги, я их задержу! — командует Марат, подталкивая меня в спину.

— Лево или право?!

— Вперёд!

— Ты серьёзно? — кричу запыхавшись. — Впереди, вообще-то, забор!

— Если есть идеи лучше — выкладывай на бегу!

Гневные выкрики птиц не дают времени на раздумья. Я неуклюже пытаюсь вскарабкаться вверх, пока Марат непринуждённым движением не закидывает меня на другую сторону, лицом в сугроб.

— Ауч, — выплёвываю снег, подскакивая на четвереньки.

Щипок за ляжку и паническое: «гуси!» придаёт мне ускорения.

Пробуксовав полметра, оборачиваюсь на тихий смех Марата.

— Обхохочешься! — Закатываю глаза, поняв, что меня бессовестно разыграли.

— Ну что, ещё заезд? — спрашивает он, грузно заваливаясь на меня.

Наше дыхание смешивается в одно облако пара, так близко друг к другу находятся губы.

— Только если к бабушке. Поможешь забрать чемоданы?

Лада

Я не могу сказать, в какой именно момент решила, что нам стоит съехаться. Может, когда бывшая с шампанским явилась к Марату. А может, когда снег скрипел под ногами, пока мы бежали от разъярённых гусей, или когда смеялись до слёз, падая в сугробы. Или, когда он такой трогательный делал мне массаж, а сам не требовал ничего, просто любовался. Неважно в какой момент я подумала: а почему бы и нет? Ведь всё просто, хочется быть рядом — будь. Есть соперница — избавься.

Не знаешь как? Спроси у того, кто знает.

— Алло, бабуль, — разумеется, я набираю ту, что всегда была мне опорой и главным советчиком. — Меня тут обижают.

— Кто, расписной твой, что ли?! Когда успел? Ты же только вчера перевезла чемоданы! — бесконечное удивление в голосе мне не мерещится. Она бы просто не отпустила меня к тому, в ком не уверена безоговорочно. — Ты не одна? Не можешь говорить? Если нас слушают, скажи: «начинка пресная».

— Да нет, Марат уехал по делам, я одна, — посмеиваюсь, почёсывая развалившегося на коленях котёнка. — Бывшая его. Тревожит она меня, такая странная! Скажи, ты бы пришла к тому, с кем давно и плохо рассталась, чтобы поздравить со скорой свадьбой?

— А ты что замуж выходишь? — На том конце что-то с грохотом падает. — Вот это новости!

— Бабуль, нет, конечно! Ты бы первой узнала, — спешу заверить, пока она не выехала всыпать мне ремня. — Я пытаюсь сказать, что люди не приходят к бывшим просто так. В её глазах и близко не было того, что на словах.

— А что Марат?

— Если не спросишь, о ней не говорит. А мне прямо покоя нет. Даже его брат считает, что он меня использует, чтоб утереть ей нос. Алиса хочет его вернуть, я это чувствую. Я боюсь, что она попытается нас рассорить, но как предъявить это, чтоб не выглядеть дурой?

— А ты дура? — усмехается бабушка.

— Нет.

— Вот и делай по-умному. Мужику своему без дела сцен не закатывай. Когда дома пилят и возвращаться не хочется. А «добрых» и «понимающих» вокруг всегда хватает. Соперниц надо ликвидировать по-тихому.

— Что, с концами ликвидировать? — шутливо понижаю голос, словно кто-то ещё нас может услышать.