Книга Охота на княгиню, страница 8 – Елена Ха

— Это не голубое платье, а синее! — простонала Мария Федоровна, хватаясь за голову.

— Этот мужчина вас обидел? — раздался низкий бархатный голос.

Княгиня Воронцова вмиг вытянулась в струнку. Слишком хорошо она его знала, слишком больно ей было его слышать.

Нифонтову хватило такта с достоинством отвернуться от вошедшего в беседку поручика, чтобы вернуть пуговицы на жилете на их места. Пока Филипп Филиппович был занят собой, княгиня Воронцова по-прежнему стояла, замерев в напряженной позе, и во все глаза смотрела на вошедшего мужчину.

На вид тому можно было дать лет сорок — сорок пять. Военная выправка, высокий рост, благородные черты лица и отличная фигура — результат частых тренировок — сохранили его мужскую привлекательность, а синяя форма с золотыми аксельбантами и эполетами придавала блеск.

— Мария Федоровна, добрый день! Я вам помешал? — отвесив поклон, спросил мужчина с посеребренными временем бакенбардами.

В голосе его проскользнула ирония, но было совершенно не понять, какие чувства владели мужчиной: в глазах застыло вежливое безразличие, на лице — полагающаяся случаю учтивость.

— Князь Муравинский, — медленно проговорила Мария Федоровна, но было видно, что ее выдержка дала сбой, она все никак не могла взять себя в руки, — Добрый день! Не ожидала вас здесь увидеть.

— Кажется, вы вообще никого не хотели видеть, кроме господина… — князь испытующе посмотрел на Нифонтова, который, в отличие от княгини, снова надел маску московского франта.

— Филипп Филиппович, — представился он сам, так и не дождавшись от Воронцовой помощи в этом вопросе.

Муравинский безразлично мазнул по лицу нового знакомого взглядом и вновь вернул все свое внимание Марии Федоровне.

— Так мне уйти? — уточнил он все тем же ровным тоном.

— Нет! — слишком поспешно откликнулась княгиня.

— Пожалуй, я вас оставлю. У меня там еще… встреча, — засуетился Нифонтов.

Даже этот толстокожий делец почувствовал себя в беседке лишним, поэтому откланявшись, удалился. Но князь Муравинский и княгиня Воронцова были так увлечены игрой в гляделки, что даже не заметили этого.

— Мария Федоровна, вы совсем не изменились за те десять лет, что мы с вами не виделись, — заметил князь, и в его голосе проскользнула грусть.

— Не утруждайте себя лестью, Дмитрий Макарович, — раздраженно откликнулась Воронцова.

— Вы раздражены? Значит, я все-таки помешал, — усмехнулся Муравинский, — Пожалуй, кое-что в вас все же изменилось…

— Что же?

— Вкус… Раньше у вас он был, — отчеканил мужчина.

Щеки княгини вспыхнули, и она заявила:

— Мой вкус никогда вас не касался!

Дмитрий Макарович несколько мгновений смотрел на княгиню, а затем, вежливо поклонившись, сказал:

— Простите, что своим появлением испортил вам… настроение. Я откланиваюсь.

Мария Федоровна, увидев, что князь действительно собрался уйти, испугалась. Ей было больно видеть этого мужчину, но остаться одной в саду было невмочь. Она страшилась возвращения Нифонтова. Терпеть снова его бесцеремонное поведение она не желала.

— Князь, — остановила она Муравинского.

Хотела, чтобы это прозвучало величественно, но голос сорвался, и прозвучало жалко. Однако Дмитрий Макарович тут же развернулся лицом к Воронцовой и даже сделал шаг к ней.

— Да?

— У меня потерялась воспитанница. Вы не могли бы мне помочь ее найти? Я хочу вернуться домой.