Книга Бостонская ведьма, страница 9 – Андреа Каталано

— Куда ты собираешься отправиться завтра? – спросила Мэгги, помолчав.

— Завтра мне нужно поехать в Бостон, к вдове Хэллет.

Рука жены, поглаживающая его грудь, замерла.

— Это та сама госпожа Хэллет, что недавно овдовела?

— Ну да.

— И какие же услуги вы собираетесь ей оказывать, мистер Джонс, славный на весь свет краснодеревщик?

Томас рассмеялся.

— Она хочет, чтобы я сделал для нее плательный шкаф.

Мэгги принялась теребить шнурок завязки на его сорочке.

— Месяца не прошло, как ее муж сошел в могилу, а она уже тратит его деньги.

— Ну-ну, Мэгги, не будь такой жестокосердной.

— С чего это я жестокосердная?

— Ты слишком сурова к ней.

— А вот и нет.

— А вот и да. Да и какое тебе дело? Особенно если учесть, что нам от ее трат – пусть и денег покойного мужа – выходит сплошная польза, разве нет?

— Это так. Просто мне показалось, что она не больно-то долго о нем горевала.

— Возможно, их брак был договорным.

— Тоже верно. – Рука Мэгги скользнула Томасу под сорочку и принялась гладить его по груди. – Наверное, у нее и вовсе не было выбора. Потому что муж ей, прямо сказать, в дедушки годился.

— Не всем женщинам так повезло, как тебе, нареченная моя, – откликнулся Томас, млея под лаской.

— Наверное, мне и повезло, – улыбнулась Мэгги, поднимая на него глаза, – но тебе повезло еще больше.

— Истину глаголешь, – он поцеловал ее в лоб, – ладно, повернись спиной, чтобы я мог обнять тебя перед тем, как усну.

Она послушно повернулась, устраиваясь поудобнее. И они легли, как две плошки, пристроенные одна в другую – Томас будто укрывал жену собой от всего мира. А она взяла его за руку и снова положила ее себе на живот. И тепло ее тела мигом согрело ему пальцы.

— Ты должна как следует отдыхать – ради нашего ребенка, – проговорил он, целуя ее в плечо.

Томас уже не первый раз говорил эти слова – и сейчас он молился Богу, чтобы на сей раз Тот все-таки осенил его любимую Своей милостью.

* * *

Дом на Милк-стрит оказался больше, чем Томас ожидал. Едва он постучался в дверь, как та тут же распахнулась – и на пороге появилась молодая женщина, которую Томас сразу узнал: Мэри Дойл, время от времени заходившая к его жене за различными травами и снадобьями. Мэри была родом из Ирландии, но находилась в долговой кабале у семьи Хэллет – как она умудрилась угодить в служанки к семье из Восточной Англии, Томас не знал, да и не особо задумывался.

– Мадьин вах, а хара^[3], – Мэри улыбнулась, опустив глаза на свой передник.

— И тебе тоже доброе утро, голубушка, – ответил Томас, заставляя ее перейти на английский. Звук родного языка грел уши, но в Бостоне излишняя осторожность никогда не помешает.

— Прошу, подождите здесь, – сказала Мэри, проводив его в гостиную, – моя хозяйка ждала вашего прихода. Я ее сейчас позову.

Томас снял шляпу и принялся разглядывать гостиную. Стены были обшиты деревянными панелями из добротного тонированного дуба. Половицы блестели так, словно их недавно оттерли и хорошенько отполировали. А камин был отделан такой большой лепной полкой, какую Томас не видал ни у кого с момента приезда в колонию Залива.

Мебель в комнате встречалась как работы местных мастеров, так и привезенная из Старого Света, но даже она выглядела новехонькой и сделанной на совесть – хозяину дома удача явно благоволила.