Онлайн книга «Венецианский роман»
|
— Потому что я не меняюсь, – ответил Давид, но не процитировал, как мне, CXXIII сонет Шекспира и не упомянул свои пирамиды (за что я ему благодарна; впрочем, упоминать их Козиме все равно не имело смысла). — Но тогда, – продолжала Козима, – это невероятно странно, и вы должны были стать очень знаменитым. — Да, я действительно стал довольно знаменитым. — Да, но… – Она имела в виду, что, если знакомые встречали его через десять, двадцать лет все таким же, не постаревшим, они сочли бы это за чудо… Об этаком феномене должны были бы трубить газеты, правда? Люди бы сбегались со всех сторон… — Да, но все устроено так, что такого не может случиться. – Он нигде не имел права задержаться надолго, а люди, с которыми он встречался, не могли встретить его снова. Они могли даже пройти рядом с ним, но не замечали и не узнавали его. Неужели может быть случиться, что она через десять лет случайно пройдет по площади Сан-Фантин или по улице Делла-Мандола и в этот же момент он тоже окажется там – и ей вдруг понадобится высморкаться или она заглядится на какую-то витрину и поэтому не заметит его? Именно так. Все устроено так, что она его не увидит. — И тут, – сказал саркастичным тоном Раймондо, – бедная Козима разревелась. — Бедная Козима?.. Да?.. А как же я?.. – говорю я и тоже начинаю реветь. * * * Это была настоящая истерика; я не могла остановиться. Раймондо не знал, как меня успокоить; принес мне стакан воды, предложил полтаблетки аспирина, называл по-отечески «малышка моя». — Но, малышка моя, – повторял он, – подумай хорошенько… Ведь ты не можешь верить в то, что он действительно… ты не можешь всерьез думать это… — Я совсем не знаю, что думать, – сказала я сквозь рыданья. – Я знаю только, что я… что он… А ты, пожалуйста, замолчи и вообще уходи, не говори ничего… Потому что я знаю, что ты думаешь! Для тебя он сумасшедший или мошенник, какой-то преступник! А я тебя уверяю, что ты ошибаешься. Это невозможно, я тебе говорю, невозможно. Потому что он… — Но я ничего такого не говорил… — Но ты это думаешь! Вместо того чтобы беспокоиться – где он сейчас, почему не возвращается, почему не звонит, почему даже Нава не подает сигналов!.. А сколько времени сейчас? Я уже ничего не соображаю. — Почти час. Хочешь, я позвоню Наве? И спрошу его… — Да, позвони, пожалуйста… Спасибо… Извини меня. Я просто… Я прислушивалась к их разговору и по еле слышному голосу Навы все же поняла, что у него нет никаких новостей. Впрочем, Нава, если бы что-то узнал, поспешил бы мне это сам сообщить. — Он не вернулся и не звонил, – подтвердил Раймондо, тоже расстроенный. – И никто не звонил тебе, кроме Кьяры; она недавно позвонила и оставила тебе сообщение с просьбой, чтобы ты с ней связалась. — К черту Кьяру, – говорю я, вытирая глаза. Некоторое время мы оба молчали. Потом я чуть-чуть подкрасилась, выпила воду и приняла аспирин. — Может быть, она узнала что-то о вилле в Падуе, – рискнул сказать Раймондо, стараясь как-то отвлечь меня. — Кто? — Кьяра. Может быть, Де Беи в конце концов… Но я не поддалась, я пошла в атаку. — Послушай, Раймондо, – прервала я его резко, – ты волен думать, что я полная идиотка, а Давид… — Но я вовсе так не думаю! — Нет, Раймондо, включи свою логику на минутку и объясни мне только одно: как Давид мог узнать этого Фуггера, если бы он не был знаком с ним когда-то? И это же он рассказал Козиме о Фуггере, правда? Именно поэтому ты мне задавал свои вопросы, да? |