Онлайн книга «Урок обольщения»
|
Акимов глянул: это было заявление о «прогулах», подписанное Тосей, в котором она подробно объясняла, по каким дням, сколько отлеживалась и почему не может представить справки. — Спасибо. Я могу эту бумагу изъять ненадолго? Кадровичка заволновалась, он клятвенно пообещал, что вернет, — она успокоилась. Акимов продолжил: — А вот говорят, просела Тосина производительность? Или нет. — Я не специалист в учете и нормировании конкретно производительности. Может, не Латышева просела, а все кругом подтянулись — это только приветствовать можно. Факты же таковы: что Латышева приносит заявление об увольнении, завизированное директором, и уходит день в день. — Можно глянуть? — Вот. — Кадровичка нашла и эту бумагу, но сразу предупредила: — Эту нельзя, не отдам. — Нет-нет, эта мне не нужна, — успокоил Сергей. «Ну тут вроде все понятно, „прошу уволить… по собственному желанию в связи с замужеством и необходимостью воссоединиться с мужем, работающим в другой местности“, дата, подпись». Почему-то показалось, что написано то ли второпях, то ли в неудобной позе, то ли вообще стоя у стенки — буквы неаккуратные, строчки ползут туда-сюда. Но раз сама принесла заявление, чего и думать. Хотя… — С мужем, значит. И что, свидетельство из ЗАГСа приносила? — В том-то и дело, что нет, в нарушение всех правил. Но поскольку это все-таки заявление на увольнение, то есть кадровое событие уже за пределами периода трудовой деятельности. — Я к тому, что отсутствие подтверждающих документов. — А это на усмотрение администрации, — заявила кадровичка и позволила себе улыбку. — У супруги уточните, почему она не возражала. Акимов улыбнулся в ответ, пообещал спросить, распрощался. Отправился к хронометражистам — не без опаски, потому что их начальница, крайне строгая женщина, могла так отбрить, надолго хватит. Однако выяснить вопрос с выработкой получилось быстро и без проблем. Антонина была занята, поэтому просто отослала к помощнице, а та, разложив записи, быстро и споро разъяснила, что так и есть, так и докладывали: не латышевская бригада стала хуже работать, а средний уровень выработки повысился. Просто от штатных ударников ожидали, грубо сказать, двести процентов, а они обеспечили только сто девяносто. Акимов хотел еще кое-что прояснить, но тут освободилась Антонина. Сергей и рта не успел раскрыть, она объяснила, что учет ведется по утвержденным стандартам, и если кого-то что-то не устраивает, то адресоваться надо в управление стандартизации, а не морочить голову занятым людям. Акимов спасся, уйдя по коридору. Ну что ж, дело ясное, что дело темное. Остался только один товарищ, с которым надо бы переговорить, пусть и нет никакого желания. Лейтенант отправился в бухгалтерию. За всеми разговорами и открытиями оказалось, что уже время обеда, что было к лучшему — во всей бухгалтерии имел место один и. о. главбуха. Поздоровались, Акимов в очередной раз подивился тому, какой разный бухгалтер попадается. В большинстве своем ему встречались пожилые грибы с волосатыми ушами, в сильных очках да с головой с проплешинами. Ну или такого же рода тетки, только без плеши, с высоченными начесами-ульями на головах. Тут же крепкий спортивный паренек, которому место скорее загребным на носу лодки. Хромает, да. И как уступка должности и профессии — очки на коротком носу, костюм и нарукавники (кто его знает, как они натянулись на такие окорока). Акимов изложил дело, Калинка слушал, глядя в стол, потом спросил: |