Книга Familia. Две женщины, две правды, одна тайна, страница 59 – Лорен Э. Рико

Когда я слышу это замечание, меня вдруг осеняет.

— Сеньор… – Я чувствую, что сейчас наконец-то задам правильный вопрос нужному человеку. – А как думаете вы сами, что произошло с Марианой Руис?

Выражение его лица – полуулыбка и поднятые брови – говорит мне, что я только что сорвала джекпот.

— Я думаю, – медленно начинает он, – я думаю, что ее забрал Piegrande^[40].

Моргаю, уставившись на него. Может, я неправильно расслышала или неправильно поняла? А может, он оговорился.

— Э-э-э, сеньор… – начинаю нерешительно. – ¿Piegrande?

Он кивает, не переставая улыбаться.

— Что? – тихо спрашивает Гэбби, сидящая рядом со мной. – Что он сказал? Почему у тебя такой удивленный вид?

— Он, э-э-э… он говорит, что знает, кто забрал Мариану…

Мой голос затихает, когда я снова смотрю на Эль Вьехо, ожидая, что он объяснит, что имел в виду. Но тот и бровью не ведет.

— И кто же это был? – вопрошает она, явно раздраженная тем, что я не сразу перевела то, что сказал старик.

Я прочищаю горло.

— Он, э-э-э… он говорит, что это был Большеногий…

Тот день

Он выбрал себе прозвище Йети, потому что был крупным парнем и потому что это звучало угрожающе. Ему нравилось прозываться так же, как этот громадный чувак, скрывающийся в лесу и пугающий людей до усрачки. Выбирая это прозвище, он не знал, что йети, или снежный человек, обитает в холодном климате. Лучше было бы, если б он назвал себя Сасквочем или Piegrande, Большеногим, – это подошло бы больше. Но большинство парней в его банде либо и сами не знали этого, либо им было настолько плевать, что они не подкалывали его по этому поводу.

К тому же это прозвище совершенно не походило на его настоящее имя – Элано, – из-за которого парни уж точно бы его задразнили. Когда его мать нарекла его так, она явно не приняла в расчет, что имечко очень легко превращалось в el ano.

То есть анус, задний проход.

Не очень-то солидное имя для члена банды – тем более для такого, который всерьез старается продвинуться по карьерной лестнице. Никто из окружающих не знал его настоящего имени. Никто, кроме матери, которая, когда он в последний раз слышал о ней, жила со своим четвертым мужем где-то на юге Флориды.

Даже Сантьяго не знал его настоящего имени, а ведь Сантьяго было известно все о тех, кто на него работал. Вернее, он сам так полагал. По мнению Йети, Сантьяго недооценивал его потенциал – не понимал, сколь многое он мог бы сделать. Йети хотел, чтобы о нем думали не просто как о костоломе, не просто как о головорезе, который выбивает долги и вершит уличное правосудие.

Йети считал себя генератором идей, и ему было необходимо заставить Сантьяго уяснить это.

И наконец ему представился такой случай, когда он выследил Альберто Руиса. Этот тунеядец, задолжав Сантьяго, все никак не отдавал деньги. Сперва Сантьяго был к нему снисходителен, ведь деньги нужны были, чтобы похоронить жену и прокормить двух маленьких детишек. Но, узнав, что Альберто спускает деньги в «Эль гальо рохо», вместо того чтобы покупать подгузники и молочные смеси, Сантьяго отправил к нему Йети, чтобы передать послание.

И да, черт возьми, он, Йети, передал его – и не только Альберто, но и любому в Ла Перле, кто даже просто помышлял о том, чтобы перечить Los Soldados Salvajes – «диким солдатам». Йети был горд собой. Он проявил изобретательность и инициативу. Конечно же, Сантьяго оценит это и вознаградит его должным образом.