Книга Familia. Две женщины, две правды, одна тайна, страница 111 – Лорен Э. Рико

— Да, кстати, насчет Альвареса… – начинаю я, сменив тон, что означает: с шутками покончено, и я опять говорю серьезно.

— Да?

— Хочу поговорить с тобой об одной вещи, которую мне сказала Беатрис. Не знаю, возможно, я неправильно ее поняла… но я так не думаю. Мне кажется, она хотела дать мне понять…

Все следы шутливого настроя исчезают с его лица, он тоже становится серьезным.

— Расскажи мне, о чем идет речь, и я помогу тебе разобраться, что к чему.

Да, он поможет. Он всегда мне помогает.

— Она вроде как подтвердила то, что я всегда подозревала… что Сантьяго имел какое-то отношение к… убийству тех двух парней…

Мне нет нужды вдаваться в детали – он и так знает, где и когда это произошло и о ком я толкую, – и теперь он делает долгий медленный выдох.

— В самом деле? Ты полностью уверена, что она намекнула тебе именно на это? Потому что точно никто ничего не знает. Дело могло быть в этом, согласен, но также возможно, что это и впрямь была сделка по купле-продаже наркотиков, в которой что-то пошло не так, как тогда и объявила полиция…

— Да, я уверена, – твердо отвечаю я. – По-моему, это единственное, на что она могла мне намекать.

— Хорошо, а при чем здесь Мигель Альварес?

— Ну, я вижу это так: если то, что сказала Беатрис, правда… то кто-то должен был сообщить Сантьяго, что со мной произошло. И этот человек должен был знать, кто это сделал…

— Верно, – задумчиво соглашается Матео. – И да, из этого следует именно такой вывод. Ты думаешь, этим человеком был Мигель?

— Думаю, да, однозначно. Он был единственным, кто знал все.

— Дорогая, это серьезное обвинение. Сделай вдох-выдох и постарайся вспомнить. Ты абсолютно убеждена, что не сообщала подробностей никому в больнице? Не забывай, значительную часть времени ты находилась под воздействием седативных препаратов. Так что, возможно, ты сама до конца не знаешь, что могла рассказать и кому.

Я качаю головой.

— Когда я очнулась в первый раз, рядом со мной был Мигель. Он был единственным человеком, которому я все рассказала. И именно он был тем, кто принес мне фотографии – чтобы я опознала нападавших, лежа на больничной койке. Их имена я узнала позже. Больше никто не мог этого знать.

Следует долгая пауза, пока он пытается все осмыслить.

— Хорошо, тогда… если ты права, это значит, что детектив Мигель Альварес раскрыл конфиденциальную информацию о нападении на тебя состоящему на учете преступнику, который затем разыскал этих ублюдков, исколошматил их до состояния кровавой каши, убил обоих, а затем обставил дело так, чтобы это выглядело, будто они хотели купить наркотики, но что-то при проведении этой сделки пошло не так. Я правильно изложил, Исабель? Потому что это большое дело. И совершенно противозаконное. Некоторые люди могли бы даже сказать, что это заказное убийство.

Голос моего мужа звучит серьезно и мрачно, как никогда. Он хочет, чтобы я додумала свое предположение до самого конца, потому что это будет иметь самые серьезные последствия, если о случившемся узнает кто-то, кроме нас двоих. Но такого не будет. Никогда.

— Да, так оно и есть.

Смотрю на крошечный экран и вижу, как он поднимает руки над головой и сцепляет их на затылке. И присвистывает, качая головой.

— Прямо и не знаю, он мне нравится из-за этого больше… или меньше. – Матео на мгновение замолкает и затем решительно кивает. – Думаю, больше. Да, определенно больше.