Книга Familia. Две женщины, две правды, одна тайна, страница 103 – Лорен Э. Рико

Ее утверждение повисает между нами. Беатрис только что открыла дверь для того, чтобы затронуть щепетильную тему.

— Он был опасным человеком, – тихо замечаю я. И это не вопрос – а просто констатация факта.

— Да, он был таким, – соглашается Беатрис без каких-либо возражений.

— А это… ну, вы меня понимаете… не напрягало вас, Беатрис? Как вы сами сказали, вам пришлось многое повидать. И несомненно, за все эти годы вы также много чего слышали.

Она коротко кивает:

— Claro. Само собой.

— Как же можно любить такого мужчину?

Вопрос мог бы прозвучать оскорбительно, но Гэбби произнесла его так, словно ей и впрямь это интересно – словно она искренне хочет понять, как такие отношения могли существовать, несмотря ни на что.

Беатрис машет рукой, будто отмахиваясь от комара.

— Глупые молодые девицы, – говорит она с кислым выражением лица. – Воображаете, что у вас в запасе целая вечность, что вы всю свою жизнь будете молодыми, красивыми и сексуальными. И впустую тратите половину вашей жизни, ожидая своего… ¿come se dice Príncipe Azul?^[82] – Она поворачивается ко мне..

— Прекрасный принц, – перевожу я.

— ¡Ah, sí, sí! Да, вы ждете, что к вам явится Прекрасный принц – этакий идеальный мужчина… такой красивый, такой храбрый. Но таких мужчин нет. Ни один мужчина не идеален. Ни Сантьяго, ни Альберто, ни твой Матео, Исабель. Ни один из них. Так что вам приходится решать, с какими из их несовершенств вы все-таки готовы смириться.

Я выдыхаю воздух, который медленно скапливался в моих легких, пока я пыталась сдерживать дыхание. Никак не могу решить, кто из нас запутался больше – Беатрис, считающая, что Сантьяго всего лишь был «неидеальным» мужчиной, или я сама, потому что не хочу упрекать ее за это. Но в конечном счете это оказывается неважным, потому что Гэбби берет дело в свои руки… и это получается у нее просто великолепно.

— Извините, но… как это – несовершенства? Вы это серьезно? – словно не веря своим ушам, вопрошает Гэбби. – Да ведь этот человек заправлял преступным синдикатом! Он контролировал в Ла Перле всю торговлю наркотиками и все подпольное ростовщичество. Это он приказал Йети избить Альберто Руиса до полусмерти, и – между прочим – именно тогда малышку Мариану в последний раз видели живой! Насколько я могу понять, Сантьяго в лучшем случае был крутым гангстером, заправляющим наркоторговлей, а в худшем – хладнокровным душегубом, убившим младенца. Так что да, думаю, я лучше попытаю счастья, ожидая Прекрасного принца, – потому что я точно не стану мириться с таким количеством несовершенств, как вы, Беатрис.

Вот это да.

Неужели Гэбби, эта странноватая, оторванная от жизни последовательница Шерлока Холмса, только что залепила виртуальную пощечину грозной Беатрис Родригес? А я и не подозревала, что такое возможно. И похоже, этого не ожидала и сама Гэбби, если судить по тому, как быстро от ее лица отливает вся кровь. И я ее не виню – если учесть, что Беатрис все это время смотрела на нее волком, запросто можно было счесть, что у бывшей хозяйки «Эль гальо рохо» дурной глаз. Я даже горжусь ею, потому что это был смелый, хотя, быть может, и глупый шаг, как скоро убедится и она сама.

— Oye^[83], – со злостью шипит Беатрис по-испански, затем спохватывается и переходит на английский, чтобы Гэбби могла понять каждое изрыгаемое ею слово: – Послушай, когда-нибудь настанет время, когда ты оглянешься на свою жизнь и обнаружишь, что она пошла не так, как ты хотела… а так, как ей было предначертано пойти.