Книга Лита, страница 80 – Тамара Михеева

Деревня просыпалась. Гремела ведрами, мекала и лаяла, кудахтала. Совсем рядом, за соседним домом, раздавался непонятный равномерный звук. Лита пошла на него, повинуясь странному любопытству. Она обогнула дом с высоким крылечком и увидела плотника. Он был раздет по пояс, несмотря на прохладу зимнего утра, широкая спина блестела от пота. Плотник строгал доску, рубанок двигался плавно, уверенно, и звук выходил четкий, ритмичный. Вокруг лежали горы стружки и ряды свежевыструганных досок. Несколько стружек запутались в светлых волосах плотника, сливаясь с его кудрями. Солнце вынырнуло из-за верхушек деревьев и сразу залило все вокруг золотым светом. Лита не могла оторвать взгляд, будто это был танец атлетов в праздник Айрус, а не каждодневная плотницкая работа. Плотник отложил рубанок, взял доску, повернул ее к свету. Лита едва успела юркнуть за дом. Она поглядывала из-за угла на четкий профиль молодого плотника, его высокие скулы, прямой нос, темные брови и сама себя ругала: зачем спряталась? Что такого – подойти и посмотреть на работу мастера? Но сердце билось невпопад, будто сорвалось в пропасть. Лита выровняла дыхание, погладила подбежавшего Солке и побыстрее ушла прочь, пока плотник ее не заметил.

На завтрак Таура поставила перед ними чашку – козье молоко с накрошенным в него хлебом – и спросила Литу:

— Ты была когда-нибудь на дне преодоления, Лита?

— Да, у моей… у моей маленькой соседки. Она выбрала ракушку и золотую монетку. Мои родители очень радовались – Рал и Айрус сильные покровители.

Таура пристально вглядывалась в ее лицо, потом сказала:

— Значит, дети в городе сами выбирают себе покровителей?

— Ну да, – удивившись, что может быть иначе, сказала Лита. – Из храма каждого бога приносят его предмет, кладут перед ребенком, и он выбирает… У вас не так?

— Ну, у нас тут нет храмов, – улыбнулась Таура. – Лес наш храм. Поэтому и день преодоления у нас другой. Выглянуло солнце – Рал. Пошел дождь – Айрус. Ветер – Тимирер.

— А Гета?

— Она хранит всех нас, мы ее дети. И если ни один из богов не подаст знака, то Гета станет хранить его.

— Значит, у малыша Риу будет только один покровитель?

— Он родился в опасное время. Если доживет до осени, мы все будем счастливы. Если его заберут урфы, ему хватит и одного покровителя, если же проживет год – выберем второго. Не стоит тревожить богов по пустякам.

К полудню вся деревня собралась на круглой поляне в лесу. Ивка и Синра развели огонь, принесли курицу. Лита держала младенца. Таура взывала к богам.

— О Рал светлоликий, могучая Айрус! О вечная Гета и Тимирер легкокрылый! Скорее свой взор обратите на славного мальчика Риу, что Ивка и Синра родили. Какой он здоровый, красивый и умный, как весело щебечет во славу богам всепрекрасным! И кто же из вас возьмет его под свое покровительство? Поможет в печали и радость подарит, обучит ремеслам, наградит достойным потомством? Он будет, о боги, вовеки вам верен…

По верхушкам деревьев пробежал ветер, всколыхнул прошлогоднюю листву, бросил ее к ногам Литы. Вся деревня разом выдохнула, зашумела, засмеялась Ивка. Таура опустила руки и объявила:

— Благодарим тебя, Тимирер великодушный, что взял под защиту свою мальчика Риу!

Синра свернул голову курице и бросил ее в огонь. Лита улыбнулась: у них с малышом Риу один покровитель. Она посмотрела на жителей деревни Тауры и увидела в толпе того молодого плотника, которого застала утром за работой. Он смотрел на нее странно – удивленно и радостно, будто встретил давно потерянного друга, будто боги преподнесли ему прекрасный подарок. Лита смутилась и отвела глаза.