Онлайн книга «Лита»
|
— Ты стала такая взрослая! — А где Кассиона? – спросила Лита быстро. — Играет во дворе. Она целыми днями бегает там. Лита выглянула в окно, выходящее во внутренний дворик, увидела играющую с котенком Кассиону. — Ей хорошо здесь? — Да. Но она скучает по дому, по лесу… и по тебе. Она скучает по той жизни, все спрашивает, когда мы вернемся домой. Лита удивленно взглянула на маму. — Ты не сказала ей, что вы тут навсегда? Почему? Тесса помолчала, прежде чем ответить. — Потому что я сама в это не верю. Твой папа обязательно что-нибудь придумает, он вытащит нас отсюда. Лита отвела взгляд. Она не станет рассказывать маме о его беспомощности, не станет лишать ее надежды. Но мама, кажется, поняла. — Я верю в него, Лита. Я должна верить, потому что… — Почему? — Потому что кто же еще поверит в него, если не я? И потом… я люблю его. Она сказала это так просто, как само собой разумеющееся, но Лита сразу вспомнила глаза цвета лесного мха, кудри, похожие на свежую стружку, и крепкие руки. «Я просто люблю его». Может, это и есть самое главное. — За что нам это выпало? – не сдержалась Лита. – Почему? Тесса тоже смотрела на Кассиону, но сейчас повернулась к Лите. — Расскажи, что с тобой случилось. Я ничего не знаю. Почему ты здесь, что произошло? Лита вздохнула и рассказала. Рассказ уместился примерно в сто слов. Мама обняла ее, прошептала: «Бедная моя девочка…» — И теперь я не знаю, что мне делать, куда идти. Я не хочу покидать Альтиду, я люблю… люблю эту землю, и этих людей, с которыми мы сражались против урфов, и вас с Кассионой, мне надо помочь устроиться Глену и Рии, и мы еще не спасли Ойру, а я обещала Харзе… Но Первый совет не даст мне спокойно жить, я нарушила столько их законов, что теперь меня точно убьют, даже судить не будут, зарежут тайком… Мама не стала с ней спорить, не стала говорить, что это не так, она знала, что такое Первый совет, знала Ашицу. — Тебя нужно спрятать, – вот что сказала она. – Спрятать так хорошо, что даже Первый совет не отыщет. — Здесь? Но мама покачала головой. Нет, про этот храм знают слишком многие. Она долго молчала, накручивая на палец светлый локон и поглядывая в окно, а когда заговорила, голос был тем самым, которым она рассказывала им сказки перед сном. — Альтида, – сказала мама, – осталась без пряхи. Не знаю, куда подевалась старая, я так и не разобралась в этом, не смогла найти ни одного документа, ни одной записи в архивах, вообще ничего, хотя точно знаю, что она была – женщина, что держала мир в равновесии, управляла силами этой земли… — Богами? — Можно и так сказать. Ну, не управляла, а… скажем так: направляла. Превращала первородный хаос в прочную нить. А потом она покинула эту землю, исчезла – как, почему? Никто не знает. Что-то случилось тут, отчего мир стал хрупким, уязвимым. А когда это происходит, появляется новая пряха. Ею могла стать Диланта, Ойра или я, ею могла стать любая из женщин, но ни у одной не получилось, не хватило любви. — Любви? Разве в тебе мало любви? Мам, да я не знаю никого, кто бы… — Любви к этой земле, зернышко. К ее горам, рекам, лесам, к ее людям. К их языку и истории. Я чувствовала себя чужой здесь, так и не смогла прижиться. Ойра всегда таила обиду за свое рождение и раннее детство, за свое отторжение, а Диланта не смогла вынырнуть из повседневных своих забот, чтобы задуматься об этом. И только ты… |