Книга Лита, страница 150 – Тамара Михеева

Лита пересекла поляну. К храму в скале вели бесконечные каменные ступени. Она положила лук и колчан на первой из них и начала подниматься. Она не знала, как встречают здесь незнакомцев, но пусть видят, что она пришла с миром. Никто ее не остановил, не окликнул, никто даже глаз не поднял на нее, хотя пара женщин убирала в храме, а во дворе кормила кур еще одна. Лита не стала их ни о чем спрашивать, зашла в храм. Он был разделен на четыре части – четыре квадрата, каждый был посвящен одному из богов. В центре – алтарь, на котором, как и у Вальтанаса в доме, стояли фигуры всех четырех. Лита усмехнулась: черные жрицы тоже называли свой храм храмом Всех богов, но служили по-настоящему только одному – неведомому и опасному Семипряху. Лита погладила фигурки Айрус, Геты, Рала и Тимирера, положила в центр алтаря камешек, подобранный на Арыцком перевале, – поблагодарила, что смогла добраться сюда.

У подножия лестницы и чуть в стороне стоял дом жриц, и Лита пошла туда. Солнце было в зените, слепило глаза. Сразу видно, что Рал живет тут, неподалеку. Дверь дома была не заперта, Лита зашла. В большие окна лился свет, отражался в витражах и круглых стеклянных подсвечниках, подвешенных на цепочках к потолку. Этот дом ничем не напоминал тоскливые коридоры храма черных жриц, он был ему противоположен, и Лита выдохнула с облегчением. Сама не замечая, она боялась, что мама с Кассионой живут в холоде и темноте. Но, похоже, боги (и царь Альтиды) любили этот храм, и он ни в чем не нуждался.

Дорогу ей преградила высокая женщина в белых одеждах, и Лита чуть не вскрикнула: «Ойра!» – но тут же поняла, что женщина старше, более грузная и суровая, чем Ойра.

— Кто ты, дитя? – спросила она, и голос ее был так похож на голос Митас, что Лита не сомневалась, кто перед ней, поэтому и ответила без страха:

— Я ищу Тессу, – и поспешила объяснить, увидев, как изменилось лицо ее тети: – Я ее дочь, мне нужна защита.

— В храме Всех богов любой ищущий найдет защиту, – с плохо скрываемым облегчением сказала женщина. – Так повелели боги. Пойдем.

Они прошли залитый солнцем коридор, и Лите все время казалось, что она движется в потоке света, будто Рал несет ее на своих ладонях. Остановились перед узкой резной дверью.

— Она ведь не ждет тебя?

— Нет.

— Позволь тогда мне войти первой.

Лита пожала плечами. Ей хотелось броситься маме на шею, но, пожалуй, для этого она слишком взрослая. И ведь придется все рассказать. Череду своих неповиновений, ошибок, поражений. «Но ведь и побед. Мы одолели урфов. И если отец и правда повел свою армию против них, то, значит, все не зря».

— Ну давай, иди же, – подтолкнули ее к двери.

Оказывается, можно броситься на шею, даже если ты уже совсем взрослый, очень взрослый. Можно обнимать, плакать, гладить по голове, что-то лепетать несвязное, а потом долго сидеть, держась за руки, и не сводить друг с друга глаз. Мама совсем не изменилась, только седая прядка пролегла ото лба к затылку, только синели под глазами легкие тени.

— Как ты здесь оказалась? Что случилось? Отец жив? Фиорт?

— Все живы, – поторопилась Лита ее успокоить и добавила тихо: – Ну, то есть… были живы, когда я их видела последний раз. Это было в гетвасе, два с лишним месяца назад.

Тесса поднесла к губам руки Литы, поцеловала ее пальцы, сказала: