Книга Вторичка, страница 124 – Эра Думер

— Во-первых, – я откашлялась в кулак. – Прости за мое некорректное поведение, Диана, – выставила руку, чтобы сдержать рыжую напасть, что бросилась обниматься. – Во-вторых, Ян, ты не сможешь забросить нас в самолет через «арку»?

— Пока ты дрыхла, Иголочка, я тут все двери вскрыл, – покачал головой он. – Ни одна не ведет на борт, потому что это фикция, в общем-то, а не пространство. Демиурги программируют этажи так, чтобы для мастеров оставалось как можно меньше лазеек.

— Простым путем не получится, пойдем сложным…

Я быстро нашла информационное табло. Так, «вылеты» – ноль-ноль-четыре. Гейт – это выход. Третий. Не меняется. Это означает номер Этажа? Я потерла губы и почесала макушку, нервничая. Думай-думай, моя голова. «Отправление» – хорошо. «Прибытие» – плохо. Прибытие – Консьерж. «Отправление» – спасение. Рубильник? О нем позже. Времени мало.

Я бросила взор на скомканный бумажный пакетик из-под орехов. У меня проскочила одна мысль.

— Каштаны! – воскликнула я. Друзья непонимающе переглянулись. – Третий выход, гейт – не Этаж. Три – это наша команда. Ди. – Девчонка, как Бэмби, похлопала ресницами. – Ты была права. Прибытие как-то зависит от наших ссор. Отправление приближала л-лю, – зыркнула на довольного Яна, – д-дружба. И каштаны! Макеты вокруг нас. Они готовят еду, досматривают багаж и проводят паспортный контроль. Нас они не замечают, а мы можем случайно наткнуться на них. – Я вспомнила спонтанный запуск протокола «Незваный гость» и столкновение с кем-то невидимым на эскалаторе.

Диана обхватила меня за плечи и расцеловала в щеки, отстранилась, размазала пальцем помаду. Ян придержал невидимый козырек с ухмылкой. Оказалось, его дурацкие игры на сплочение не так уж и бесполезны. Я становилась по-настоящему командным игроком.

— Please, get your damn boarding pass and identification ready for boarding, – объявил автоматический голос.

— Приготовьте, пожалуйста, ваш чертов посадочный талон и пройдите к выходу на посадку! – озвучила Диана.

— Бóрзая она какая-то, – Ян задрал голову к громкоговорителям, держа руки в карманах.

Голос вдруг ответил. Ди это перевела, но я быстренько закрыла ей рот. У бога от услышанной брани в его адрес дрогнул уголок губ. Ян с недобрым видом потер костяшки и легонько подтолкнул нас в спины:

— За билетиками, девушки. Нечего уши греть.

Началась суета. Мы побежали к кассам: Ди вырвалась вперед – она сняла босоножки, чтобы не переломать ноги на танкетках. Макет, будто продолжая свою мим-пародию, ударилась о воздух и спикировала на кафель. Я накрыла рот ладонью, а Ян метнулся ей на помощь, но Диана остановила его:

— Нет! Не помогай. Наши добрые поступки друг к другу приближают вылет!

Я опустила уголки губ вниз: гениальный ход. Но вслух хвалить не стала, а то посадка закончится.

— Слабовата ваша теория, – ответил Ян, указывая большим пальцем за плечо, – чего это отъезд и прибытие на одно время съехало, когда мы расплевались? Должен был ведь только прилет, раз мы были на негативе.

— Проклятье, – вырвалось у меня.

«Это из-за меня, – догадалась я. – Я смотрела историю Януса, сопереживала и влюблялась – как результат, сильно приблизила отправление нашего самолета. Но, с другой стороны, двоедушничала, рылась в его голове, чтобы изобличить, потому что… не доверяла по-прежнему».