Книга Вторичка, страница 108 – Эра Думер

— Ди объелась шоколадом, и у нее скрутило живот. – Бог вдруг скользнул по мне взглядом и подался вперед. Кончики наших носов находились через жалкие сантиметры. – Что-то ты бледновата, а щеки розовые. Заболела? Или сон пикантный приснился?

«Уйди, – взмолилась я мысленно. – Я тебя прошу».

Флиртующий коллега дурманил меня – мне ведь много не надо, чтобы сорваться и подхватить своими губами его. Я «ничего особенного», не принцесса иномирного клана и уж никак не покровительница красоты и любви. Сонмом терзали романтические сцены с моим объектом наблюдения – бог превращался в далекую фигуру, еще более нереальную и мифическую. Словно под определенной перспективой мне казалось, что мы на одной линии, а посмотреть издалека – параллельные прямые, что вовек не пересекутся.

— Проверни ту штуку, – попросила я.

— Какую? – Ян отстранился, и я перевела дух.

— Как на Седьмом этаже, когда ты показал мне ключ-подсказку во сне, и я распознала Консьержа.

Напарник изогнул губы в ироничной улыбочке с вкраплением крохотного сожаления. Мина, которая говорила сама за себя. Я приняла сидячее положение, а Ян, сцепив руки за спиной, шаркнул ногой:

— А-а, припоминаю-припоминаю. Доза адреналина из тревожного чемоданчика ликвидатора. Можно использовать лишь раз за спуск.

Я открыла и закрыла рот, как рыба, выброшенная на берег. Откинулась на диван и потерла переносицу:

— Итак, – с расстановкой отчеканила я, – ты хочешь мне сказать, что мы в самом начале использовали экстренную помощь?

— Ага. Ты была такой милашкой, когда показала на телек и назвала его рубильником. Мне стало тебя жалко.

— Мне тоже себя жалко, – проворчала. – Я с тобой работаю.

Диван рядом провалился. Ян закинул ноги на подлокотник и лег ко мне на руки. Остановись, сердце, прекрати биться в ребра… С каждым днем я все болезненней и болезненней воспринимала нашу недоблизость. Немудрено, ведь параллельно я проживала жизнь Белого Вейнита: его горести, страсти, похоть и надежды. Но он не раскрывался мне, вынуждая прибегать к нечистым методам. Ян не доверял мне, потому что я – никто. Страничка календаря – оторви и выбрось.

— Я нравлюсь тебе, – произнес бог, словно подслушав мысли, и этажи моей души сложились гармошкой. – Я тебе нравлюсь, и ты мне все простишь.

Я послала бранный вопрос в наглые лазурные глазки.

— Полегче, павлин, – осадила, еле сдерживаясь, чтобы не уронить коллегу на пол. – Не распушай хвост. Я не собираюсь спускать тебе с рук нарушения нашей техники безопасности. Не забуду тебе и твою нелепую смерть, а все почему? Потому что ты ни фига не рассказываешь.

— Ты справишься без всяких экстренных штукенций, – улыбнулся Ян, искусно минуя запретные темы для разговора. – Я видел тебя в деле. Зря ты недооцениваешь свои аналитические возможности.

«Подхалимаж заказывали? Нет? А он подъехал».

— От молодых людей, наверное, отбоя не было? – подмигнул коллега.

Приехали. Ворон говорил, что тему с «от противоположного пола отбоя не будет» Ян продавливал с мужиками. Явный признак того, что я своя в доску пацанка, а не объект страсти. От обиды сыграла ва-банк, не меняя хладнокровного выражения лица:

— Нет, конечно. Ко мне никто не приставал. –

Я выдержала паузу, наслаждаясь секундой радости на обворожительном личике, и договорила: – Когда твой суженый – боец ММА, это небезопасно.