Книга Жрец со щитом – царь на щите, страница 151 – Эра Думер

На миг я окатил сенаторов взором гордеца, мол, «посмотрите, какой у меня умный напарник», но вовремя взял себя в руки – озвучу вслух, и шельме точно начнёт жать венец.

Ганнибал кивнул Астарбел, они условились молчаливым знаком, что назад дороги нет, и он подтвердил:

— Когда между нами с Астарбел вспыхнула искра, мы знали, что наша связь запретна. Она сообщила мне о беременности, и мы придумали легенду, что на юге объявилась её сестра-бастардка, вынашивающая ребёнка. Сами не знаем, как нам удалось всех обвести вокруг пальца, но когда Баалшамем вернулась спустя год, принеся в подоле нашу дочь, элита купилась на то, что выдуманная сестра скончалась в родах, а ребёнок – племянница Астарбел, которую та взяла на попечение.

— Почему вы не расскажете о вашем союзе? – спросил я. – Что плохого в том, что крупные кланы объединятся?

— У нас олигархат, малыш Луциан, – оборвал Ганнибал, – а любое поползновение в сторону диктата заканчивается на плахе. За всё время существования Карфагена после правления царицы Дидоны казнили троих принцепсов, пытавшихся установить единоличную власть.

— Порочная связь и общий ребёнок – хорошая заявка на казнь, – без тени улыбки промолвил Ливий. Он опустил на стол сцепленные в замок руки. – Отдаю должное, вы прекрасно поддерживали миф о вражде до вчерашнего вечера.

— Села! – вспомнил я. – Астарбел, ты же искала какую-то служанку? Это она должна была предупредить Ганнибала о яде?

— Да, – Астарбел закусила губу, – она «лазурная» слуга.

Ганнибал прояснил:

— Села помогала принимать роды Астарбел. Работорговцы отрезали бедняжке язык и выбили все зубы, заставив «обслуживать» моряков в скованном состоянии. Мы вызволили несчастную деву из страшного рабства и поселили во дворце. Благодарная и совершенно немая, Села точно никогда бы не раскрыла нашей тайны.

— Но она исчезла. Со вчерашнего дня ни слуху ни духу. – Астарбел нервно постучала ногтями по столу.

У меня не сходилось одно. Я обратился к Ганнибалу:

— Так, а зачем тогда ты подослал убийц в опочивальню Астарбел той же ночью? Всё пошло не по плану.

— Это был не я, клянусь добрым именем клана Магон, – резко заявил тот; его крупные, как лапы тигра, кулаки сжались до белизны. – Я бы никогда не заставил любимую женщину и нашу дочь испытывать боль и страх. К тому же мы устраиваем фарс только на глазах у других сенаторов. Бессмысленно было бы разводить этот кошмар.

Все взоры вновь обратились к Ливию.

— Так… Что за афродизок? – спросил я.

— Не было никакого афродизиака. – Он с улыбкой прикрыл глаза. – Я придумал эту ложь в последний момент, чтобы подтвердить догадку. Думал, кто-то из вас обратится ко мне в поисках рецепта, но мой друг Луциан оказался более везучим и застал вас врасплох.

Я нахмурил брови, медленно растягивая слова:

— А с чего я тогда был такой взбудораженный в библиотеке?

— Самовнушение, – пояснил Ливий, пожав плечами. – Как только вы узнали, чтоупотребили в пищу, вы поверили, что находитесь под воздействием чар Венеры. Ловим на живца.

Он обаятельно улыбнулся, как самый настоящий интриган. Вот кто идеально подходил на роль сволочного сенатора. Я развёл руками:

— А нельзя было предупредить меня?

— Ты бы всё растрепал по пьяни.

Ганнибал поднялся, подошёл к Ливию и произнёс:

— Вы с Луцианом – безупречные ищейки. Ловко вывели на чистую воду и дважды спасли нашу семью от смерти. – Он протянул руку. – Знаем, вы торопитесь спасти Рим, но до отплытия просим вас помочь раскрыть заговор. Без вашего блестящего ума нам не справиться. Прошу, ради Астарбел и Талилы.