Книга Магия найденных вещей, страница 58 – Мэдди Доусон

— Ты на чьей стороне? Ты за Мэгги или за Тенадж?

Я уже знала, что он за Мэгги, потому что он всегда нервничал, когда мы гостили у мамы. С ним обязательно происходило что-то плохое. Просто так совпадало, хотя Тенадж и говорила, что совпадений не бывает. Однажды он наступил на стекло в поле и так сильно порезался, что пришлось зашивать ему рану. У него постоянно что-то болело: то голова, то живот. Его тошнило от запаха дыма маминых сигарет. Как-то раз на День независимости он обжегся бенгальским огнем. Порезал палец консервным ножом. Ему снились кошмары из-за летучих мышей, что летали в саду. Он тосковал по дому.

— Мы здесь всего-то на две недели, – сказала я. – Ты можешь хотя бы попробовать повеселиться?

— Это не весело, – ответил он. – Это опасно.

Я сказала, что нет никакой опасности и что ему нужно учиться развлекаться, быть смелым и любить приключения. Пусть берет пример с меня! Я танцевала, не ложилась спать допоздна, носила цветастую одежду, похожую на театральные костюмы, и училась играть на укулеле. Носила расписные рубашки и джинсы с вышивкой и заплетала длинные волосы в косы. Все вокруг говорили, что я похожа на девчонку-хиппи.

— Попробуй хоть раз получить удовольствие от жизни, – взывала я к брату.

А потом все пошло кувырком.

В тот день ничто не предвещало беды. Это был самый обычный жаркий летний день. Утром мы занимались своими делами. Я играла на укулеле, а мама доделывала эскизы для открыток, Кук с друзьями пил пиво и чинил что-то в машине. Хендрикс ныл и скучал. «Почему мы не можем заняться чем-нибудь интересным?» Наконец решили пойти на речку. Собирались мы долго. В тот день в мамином доме было много гостей, а чем больше народу, тем дольше сборы.

Но мы все-таки собрались и пошли: мы с Хендриксом, мама, Кук и толпа их друзей. Мы взяли с собой большую корзину для пикника. Взяли сэндвичи с яичным салатом, картофельные дольки, морковные палочки и много пива. Лимонад и яблоки, заранее нарезанные на кусочки. Несколько груш и изюм. И еще немного пива.

На берегу мы разложили пледы и полотенца. Я наблюдала, как Хендрикс, обычно не отличавшийся особой храбростью, заходит в воду. И заметила, как изменилось его лицо, когда он уставился на большой камень, с которого иногда нырял в реку кто-то из взрослых. Я поняла, что он тоже решил нырнуть. Хендрикс огляделся, нервно облизнул губы, сделал пару боксерских ударов по воздуху. Он был худеньким, щуплым мальчишкой с жемчужно-белой кожей. Его волосы были гораздо короче, чем у всех остальных. Он дышал с открытым ртом. Но сейчас Хендрикс решился быть смелым. Я знала, о чем он думал. Как будто видела его мысли в облачке над головой, как рисуют в комиксах.

Если честно, это был не такой уж и подвиг: нырнуть с камня в речку. Но нырять собирался Хендрикс, который боялся всего на свете и всегда умудрялся пораниться на пустом месте. И когда он забрался на камень и на мгновение замер, зажмурившись и прижав руки к бокам, я решила, что он сейчас спустится и не будет нырять. Но он не спустился.

А потом так внезапно, что у меня захватило дух, он прыгнул в воду. Я затаила дыхание. На миг он как будто завис прямо в воздухе, а затем сила тяжести взяла свое. Я резко вскочила на ноги, с ужасом сообразив, что он оттолкнулся недостаточно сильно, а значит, не смог отпрыгнуть подальше и наверняка ударился о камень. Я бросила сэндвич, который держала в руке, и помчалась к воде. Хендрикс уже должен был вынырнуть, но его все еще не было видно. Я кричала как резаная, но, кажется, крик застревал где-то в горле, потому что взрослые продолжали беседовать и смеяться и совершенно не обращали на меня внимания.