Книга Постучись в мою дверь, страница 25 – Ярослава А.

Ох, мне бы такую уверенность.

— Эта рана только кажется такой страшной. Она ножевая и не глубокая, — продолжает рассказывать он.

И вроде бы эта информация должна немного успокоить, но нет же!

Нервно сглатывая, прихватывая кожу предварительно обработанными в спирте пальцами, стягиваю края сочащейся раны и делаю первый укол.

Чувствую, как мышцы под моей рукой резко сокращаются и с трудом сдерживая рвотный позыв, продолжаю свое, казалось бы нехитрое, но крайне неприятное дело.

— Давай…у тебя хорошо получается…

Игнат смотрит на меня сверху вниз, тяжело дыша, а у самого лицо белее снега, на лбу выступила нездоровая испарина.

Лишь бы в обморок не грохнулся.

Что я с его бесчувственной тушей делать буду?

Он же наверняка весит под центнер.

Пусть лучше на своих двоих уйдет из квартиры, а не вперед ногами вынесут.

Думая об этом, как о стимуле закончить свое страшное дело побыстрее, сцепив зубы, делаю еще пару стежков, кое-как креплю нитку и, отстранившись, с облегчением выдыхаю.

— Теперь повязку, — командует сверху Игнат.

Невольно запрокидываю голову и смою на его сосредоточенное лицо, ясные глаза.

Все ему нипочем!

Не человек, а самый настоящий терминатор.

Он даже выглядит почти так же, как Шварцнегер: идеальный пресс с, кот меня укуси, самыми настоящими кубиками. Про накачанную грудь и мощные руки вообще молчу. Страшно даже представить сколько в нем силы. Одной правой пришибет, если захочет.

— Кнопка? — заметив, что я зависла, зовет мужчина, — Не смотри на меня так, а то поцелую.

— А? — глупо хлопаю глазами.

— Поцелую, говорю, — криво усмехается он, — Тебе хочется?

Вспыхиваю на мгновение, теряясь от его грубоватого флирта, но тут же себя беру в руки.

— Вот еще! — фыркаю в ответ и с самым что ни есть независимым видом сооружаю из старой, но чистой простыни, повязку.

— Жаль, — вздыхает, — А мне хотелось бы…

Вы поссорите на него?

Едва на ногах стоит и туда же!

* * *

Наложить тугую повязку оказывается не таким простым делом, как мне казалось изначально. То ли мне не хватает сноровки, то ли сил, но она то и дело съезжает. Что бы закрепить ее получше приходится обхватить мужчину за пояс и практически прижаться щекой к его торсу.

Донельзя компрометирующая и неловкая ситуация, но я, как мне кажется, выдерживаю ее с достоинством, хотя и жду какого-нибудь пошлого намека от моего полуголого пациента.

— Все, — наконец выдыхаю, любуясь на плоды своих трудов, — Готово!

— Спасибо, Соня, — тихо произносит Игнат, тянется к своей одежде и, покачнувшись, едва не падает.

— Осторожней! — вскрикиваю я и, подхватив его под мышку, с великим трудом усиживаю на стол, — У вас сильная потеря крови и слабость.

— А, — тяжело дыша, отмахивается мужчина, — Пройдет. У тебя есть антибиотики?

— Не знаю, — отвечаю и с беспокойством поглядываю в коридор, — Сейчас посмотрю, а вы оденьтесь, пожалуйста.

Игнат не спорит, медленно натягивает на себя свитер и буквально в следующую минуту на кухню ураганом залетает Руслан.

— Это еще что тут происходит?! — с претензией начинает он.

О, боже дай мне сил, но Рус уже достал со своим юношеским максимализмом!

Быстренько, пока он тут не раздул скандал, который будут слушать все соседи, подхватываю братца под локоток и почти силком выталкиваю его в коридор, закрыв за собой дверь кухни.