Книга Жестокие чувства, страница 45 – Агата Лав

Он не выдерживает, тяжело выдыхает и ловит мою ладонь, в которую через секунду вкладывает свою карточку.

— Тут полно магазинов, спа, салонов… Развлекайся.

Он заглядывает мне в глаза, так что в его легко прочитать: «Ты действительно собираешься протестовать? Это всего лишь деньги».

Выходит и правда глупо.

Он миллиардер.

И таким мужчинам приятно, когда их деньги тратят понравившиеся женщины. Вообще всем нормальным мужикам это приятно.

— Хорошо, – я киваю и поддаюсь, когда вторая ладонь Романа ложится на мою поясницу.

Он уверенно притягивает меня к себе, по-собственнически растирая мое тело пальцами, а потом направляет меня дальше. Для глубокого взрослого поцелуя. Я отвечаю, размыкая губы, и ощущаю не только терпкую ласку, но и скованность. Лебедев как будто пытается отвлечься от дел и хоть на пару мгновений забыться, чувствуя мою мягкую податливость.

— Да твою мать, – шипит он, когда вибрацию телефона становится невозможно игнорировать. – Прости, малышка, мне надо идти.

— Ты с легкостью сможешь меня найти, когда освободишься, – подшучиваю и провожу ладонью по его волосам.

— Если заметишь рядом высокого крепыша, не паникуй. Это из моей охраны.

— Ох, я, значит, теперь под твоей охраной?

— У тебя ведь моя карта, – острит в ответ Лебедев.

— Точно. Значит, побег отменяется.

— Отменяется, – кивает Роман и опускает потемневший взгляд на мои губы, он определенно не хочет выпускать меня из рук и уходить. – Я еще даже толком не распробовал тебя.

Он замирает на мгновение, но потом все-таки волевым усилием разрывает свои объятия. Он кивает мне на прощание и разворачивается, прикладывая телефон к уху. Его жесты сразу становятся другими. Жестче, монументальнее, появляется агрессия… Все-таки он вертится в том же мире, что и Третьяков, пусть его и зовут «белым воротничком», об этом не стоит забывать. Лебедев по определению не может быть милым и простым парнем.

Я смотрю на его карту, на которой значится вообще другое имя. Но в том, что на ее счету огромная сумма, я уверена. Наверняка я могу купить даже Биркин, которая стоит как квартира в регионе. Я читала, что в последние годы сильно развился рынок перепродажи люксовых вещей. Богатые мужчины дарят дорогие вещи, а девушки потом их продают. Простая схема, которую некоторые красотки поставили на поток. Если такой красотке попадется рыба уровня Лебедева, то она обеспечит себя на всю жизнь.

Но в моем случае задача сложнее. Мне нужна защита от Третьякова, а не деньги.

Я поднимаюсь на лифте на верхние этажи, где как раз создан оазис для опустошения толстых кошельков. Стенки в лифте стеклянные, и я вижу, как внизу рабочие расстилают новый ковер перед входом в отель. Рядом останавливается черный седан представительского класса. Из него выходит водитель и помогает носильщику уложить чемоданы в багажник. Странно, но те мне кажутся смутно знакомыми… Словно я видела их совсем недавно.

Марианна.

Ответ приходит в следующее мгновение.

Она подходит к седану, и я понимаю, что видела эти чемоданы, когда их грузили на яхту. Это ее багаж.

Я машинально шагаю ближе к стеклу. Лифт поднимается все выше, и силуэты внизу становятся все меньше и меньше. Но я напряженно вглядываюсь, ожидая, что следом на улицу выйдет Герман.

Но его нет.

Водитель распахивает дверцу перед Марианной, и она резким нетерпеливым жестом собирает свою длинную юбку. Она уже собирается нырнуть в салон, как вдруг запрокидывает голову и смотрит в мою сторону. На плывущий вверх лифт. Я вижу ее лицо и напрягаюсь, хотя понимаю, что она вряд ли видит меня через тонированное стекло. Но она продолжает смотреть вверх, на движущуюся цель, и только через несколько секунд скрывается в машине. Водитель захлопывает дверцу и возвращается на свое место. Машина трогается.