Книга Ресторанчик «Тыквенный фонарь», страница 70 – Анна Кейв

О прошлом тоже не хотелось писать. Воспоминания о семье и без того были слишком яркими и болезненными, она будет помнить о них и через тридцать лет, и даже спустя полвека! Так для чего заставлять бедное сердце лишний раз ныть и изливаться кровью, пропитывая своими страданиями бумагу?

Каждый раз Аманда закрывала дневник и со вздохом ставила на полку к другим блокнотам. Во время уборки она переставляла их по цветам или по настроению, веря, что когда-нибудь вернется к записям. Но в ее жизни так и не произошло ничего, что было бы достойно попасть на страницы. Или, быть может, Аманда не считала эти события достаточно впечатляющими.

Но как же она была благодарна бабушке за то, что у той хватало усидчивости и вдохновения, чтобы вести дневник. Сейчас, через много лет, он мог пролить свет на происходящее.

Подлетев к Крису, Аманда чуть ли не выдернула из его рук пыльный дневник с повисшей на корешке паутиной. Не обращая на нее внимания, Аманда раскрыла его на первой странице и жадно принялась поглощать строки со знакомым почерком.

Ненавижу наших жильцов. Ненавижу! Когданибудь – когда родители передадут мне семейное дело – я выгоню всех их. До единого!

От миссис Флетчер так разит лекарствами, что я чувствую этот запах даже в своем уголке на мансарде. Мне приходится утыкаться носом в подушку и накрываться одеялом с головой, чтобы уснуть.

А мистер Хендерсон? Этот мошенник с маленькими хитрыми глазками, который постоянно норовит что-нибудь украсть! Кроме того, он еще и падок на спиртное. Но я не удивлена, почему родители сдали ему комнату. Они готовы поселить в наш дом любого, кто платит деньги. Даже если это будет преступник.

Когда у меня будет собственная семья, каждый ее член займет на втором этаже отдельную комнату. Никто не будет ютиться на мансарде. Не понимаю, почему я должна жить под самой крышей, имея в распоряжении целый коттедж!

— Лидия была очень зла, когда это писала, – заметил Крис, склонившись рядом с Амандой.

— Неудивительно, – пробормотала Аманда. – Бабушка много рассказывала о тех временах, когда здесь сдавали комнаты. Нормальные жильцы попадались редко – у каждого были свои странности и бесконечные придирки. Прабабушка с прадедушкой старались угодить каждому постояльцу, будто сами не были хозяевами в собственном доме. И бабушку заставляли вести себя так же. – Она на мгновение замолчала, проводя пальцами по строчкам. – Лидия поклялась, что никогда больше не будет сдавать комнаты и впускать в дом чужих.

— Кроме Норденов, – припомнил он.

Аманда повела плечом:

— Это совсем другое, ты же знаешь, в каком они оказались положении. Бабушка их выручила. Да и комнаты она им не сдавала, а просто пустила пожить.

Перелистнув страницу, они прочитали новую запись, которая была написана уже совсем в другом духе.

Беру свои слова обратно. Не все жильцы так ужасны. Эдди совершенно не похож на остальных. От него не разит лекарствами, его семья не требует каждый день свежее постельное, и, что главное, он не воспринимает меня как обслугу. Для остальных жильцов я девочка на побегушках: «Принеси, подай, иди с глаз, не мешай». Эдди видит во мне девушку.

— Ого, кажется, у Лидии был роман с этим Эдди, – многозначительно хохотнул Крис. – Как звали твоего дедушку?

— Ричард, вроде бы… – неуверенно протянула Аманда. – Я никогда не видела его, бабушка сказала, что он умер задолго до моего рождения.