Книга Ресторанчик «Тыквенный фонарь», страница 38 – Анна Кейв

Крис облегченно выдохнул и позволил себе, наконец, немного расслабиться. Он хотел было что-то сказать, но в этот момент взгляд Аманды наткнулся на заветный ежедневник в глубине ящика. На его страницах хранились кулинарные секреты, выстраданные годами. К примеру, рецепт идеального чизкейка-тыквенника появился в нем только спустя два с половиной года долгих экспериментов и бесчисленных попыток. Сколько они с бабушкой тогда перевели продуктов… и не счесть! Каждый новый удавшийся рецепт они отмечали всей закусочной, устраивая тематический вечер.

Аманда никогда не относилась к ежедневнику как к обычному сборнику рецептов и не принимала их как должное. Это всегда было нечто большее – такое же наследство, как дом и закусочная.

Она принялась листать страницы. Все рецепты были записаны красивым каллиграфическим почерком. Бабушка никогда не использовала этот ежедневник как черновик, поэтому в нем нельзя было найти зачеркнутых строк или вырванных страниц.

Вдруг Аманде показалось, что среди рецептов мелькнуло что-то знакомое. Она принялась листать обратно, осматривая каждую страницу. Наконец, она нашла символ, который видела совсем недавно. Полумесяц, переходящий в полную луну чередой звезд. Она и раньше листала ежедневник с рецептами, но никогда не видела этот рисунок. Неужели еще одна подсказка, оставленная бабушкой? Она была уверена, что Аманда откроет ежедневник в ближайшее время после ее пропажи.

— Смотри, – ткнула девушка пальцем в символ: – Такой же был на том листке о Латхиме.

Крис побледнел, и это не укрылось от Аманды.

— Ты уже видел его раньше?

Друг кивнул и, помедлив с ответом, сказал:

— Бабушка носит брошь в виде него.

Аманда нахмурилась. Она всегда старалась как можно скорее отвести взгляд от Элинор и не всматривалась в ее украшения. Девушку озарила страшная догадка:

— Элинор! Твоя бабушка…

— Нет! – перебил ее Крис, понимая, что Аманда хотела сказать. – Бабушка не может быть причастна к исчезновениям.

Аманда, сощурившись, напомнила:

— Она ненавидит мою бабушку и всю нашу семью. Она держит в своем кабинете опасные артефакты, шкатулку, полную Потусторонних Свечей, и носит брошь с темным символом. Наталкивает на подозрения, не находишь?

Крис мотнул головой:

— Мы не знаем, что это за символ. С чего ты взяла, что он темный?

— Он венчал свечу вместо огня. Мы не успели полностью прочитать о Латхиме, но даже тех строк было достаточно, чтобы понять, что это не церковные свечки.

— Мало ли почему она носит эту брошь? Ненависть ненавистью, но бабушка уже не в том возрасте, чтобы похитить или… уничтожить кого-то.

— Для того, чтобы навести проклятие, сила в руках не нужна, – парировала Аманда. – Почему ты вообще ее защищаешь?!

— Я ее не защищаю, – отрезал Крис и, замявшись, пояснил: – Просто боюсь, что если бабушка замешана в исчезновениях твоих родных, то ты возненавидишь меня.

Яростный взгляд Аманды смягчился. Она взяла его за руку:

— Крис, я не Элинор. Я никогда не стану враждовать с тобой из-за того, в чем нет твоей вины. Ты ведь к этому не имеешь никакого отношения, верно?

— Верно, – эхом отозвался Крис.

Его пальцы чуть крепче сжали ладонь Аманды, и на мгновение ей показалось, что его взгляд наполнился нежностью, которая не была присуща дружбе.

— Знаешь, я всегда боялся, что рано или поздно ты отвернешься из-за того, что я Дейкворт, – хрипло признался Крис. – Но у нас получается… нести дружбу, которую не смогли сохранить наши бабушки.