Книга Недосказанность. Вкус второго шанса, страница 89 – Татьяна Никольская

Я едва не давлюсь воздухом от неожиданности, но тут же завожу двигатель, пока она не передумала. Внутри всё ликует. Мы едем ко мне.

Через двадцать минут (спасибо ночи, в которой нет пробок!) мы подъезжаем к моему дому. Поднимаемся на лифте на верхний этаж, я открываю входную дверь, пропуская Ирину вперёд, забывая, что у меня клыкастый пёс, вид раскрытой пасти которого может спровоцировать у человека сердечный приступ.

Не успеваем мы сделать и шага, как из глубины квартиры с радостным порыкиванием выскакивает Дэн. При виде незнакомого человека чёрный доберман замирает, оскалив пасть.

Сергей открывает дверь, пропуская меня вперед. Я переступаю через порог, не успевая даже оглядеться, как из темноты квартиры вылетает огромная чёрная тень. Пёс тормозит прямо передо мной, когти скрежещут по паркету, а из пасти вырывается угрожающий рык. Он скалит зубы, демонстрируя внушительные белые клыки, и замирает в шаге от меня.

У меня внутри всё обрывается. Я боюсь вдохнуть, а перед глазами от испуга плывут круги. Я застываю каменным изваянием, боясь даже зажмуриться.

— Дэн, сидеть! — гремит над ухом резкий окрик Сергея.

Но у добермана даже ухо не вздрагивает. Пёс продолжает стоять, не двигаясь, и сверлит меня своими умными, антрацитово-чёрными глазами. Я ни жива ни мертва от ужаса, руки мгновенно становятся ледяными.

И вдруг эта живая машина для убийства делает медленный шаг вперёд. Опускает голову и осторожно тыкается мокрым носом в мою безвольно опущенную ладонь, шумно вдыхая воздух.

Я боюсь пошевелиться, а пёс вдруг начинает с бешенной скоростью вилять своим обрубком хвоста и лизать мои вспотевшие пальцы.

— Ну надо же… — выдыхает Сергей, и в его голосе сквозит такое неприкрытое изумление, что я забываю про свой страх.

Я перевожу взгляд на Кузнецова. Он стоит, ошарашено глядя то на меня, то на пса.

— Ира, прости меня, ради бога, — Сергей тут же перехватывает пса за ошейник, хотя тот уже потерял ко мне агрессивный интерес и преданно виляет задом. — Я совсем забыл предупредить тебя, что у меня дома собака. Но я, честно говоря, в шоке. Дэн первый раз в жизни проигнорировал мою команду. И чтобы он вот так сразу облизал чужого человека? Он только сына и Забродина к себе подпускает, а тут… Чудеса какие-то.

— Наверное, от меня пахнет Багирой, — хрипло говорю я, обретая, наконец, дар речи и пытаясь унять дрожь в коленях. — Кошачий запах. Вот он и решил припугнуть меня для начала. Но что-то в моём запахе ему всё-таки понравилось, раз прости мне мой приход. Наверное, я уже пахну тобой.

Сергей улыбается, помогая мне снять пальто, его руки на секунду задерживаются на моих плечах, и от этого простого прикосновения у меня по спине пробегает волна тепла. Напряжение после испуга медленно отпускает, оставляя после себя некоторую слабость.

Мы перемещаемся на кухню — просторную, с гранитной столешницей и панорамным окном. Я сажусь на стул, а Сергей колдует над кофемашиной, наполняя пространство умопомрачительным ароматом свежемолотых зёрен. Дэн, к моему полнейшему изумлению, ложится прямо у моих ног, положив свою крупную породистую голову мне на ступни.

— Кажется, у тебя появился преданный поклонник, — улыбается Сергей, протягивая мне чашку с пышной кофейной пенкой.