Книга Милость богов, страница 80 – Джеймс С. А. Кори

А, вот в чем разница. Звери, которых он знал по именам, могли говорить. У них были те черные квадратики. Трансляторы-переводчики. Теперь, когда он решил проверить, оказалось, что трансляторы полагаются почти исключительно карриксам и их охране. Ему показалось, что такой же висел на шее у одной из костяных лошадей, но те уже скрылись, а полной уверенности не было.

Коридорный ворон уже визжал, пытаясь уйти от каррикса. Четыре мягких лотарка заступили ему дорогу. Будь у Дафида тот черный квадратик, он сумел бы понять, отчего взволнован коридорный ворон. Или узнать, как он называется. Спросить, что ему известно и что он думает о карриксах и их общей тюрьме. Каррикс поднял массивные передние конечности. Боевые руки. Присмотревшись, Дафид почти уже не сомневался, что белые полосы на них – это шрамы. Коридорный ворон припал к земле, визжа, как замученный ребенок, а каррикс мгновение спустя снова опустил передние лапы. Несколько черных созданий – вроде крабов размером с крупную собаку – шмыгнули мимо, стуча ножками: звук был таким, словно на камень высыпали рис. В воздух поднималась дюжина тикающих шаров, сближаясь с колебавшимися и кружившимися темными волокнами.

Все это выглядело странно, но в то же время красиво. За всем этим скрывался настоящий ужас. Дафид ежеминутно ощущал страх и напряжение мышц – стоило только обратить на это внимание. Но порой он проникался восхищением. Тикающие шары сошлись с темными волокнами и принялись обматываться черными нитями. Дафид пожалел, что никто не видит этого вместе с ним. Не гадает вместе с ним, что это значит. Не вспомнит потом вместе с ним. Все это принадлежало ему одному. То, чем он не может ни с кем поделиться.

Коридорный ворон, все так же распростертый на полу, завизжал еще громче и забил конечностями. Как малый ребенок в истерике. Почти такие же движения.

— Ты хоть можешь поговорить со своим библиотекарем, – сказал Дафид. – Тут ты меня обогнал.

«У них есть странные пробелы в восприятии», – прозвучал в памяти голос Кампара, и библиотекарь откликнулся: «Вам всем открыт доступ в эти переходы. И во весь комплекс». Это было почти как при синестезии. Дафид увидел, как две мысли сходятся, словно кусочки пазла. Чтобы сложиться во что-то новое.

Он поднялся на ноги, не дав себе времени подыскать отговорку. Коридорный ворон выходил из себя. Обступившие его мягкие лотарки переглядывались, как собаки, решающие, добить поваленную добычу или оставить в живых. Библиотекарь со шрамами отступил на пару шагов, давая происходящему разыгрываться без его участия. Дафид направился к нему.

— Простите, – сказал он. – Прошу прощения. Я здесь новичок.

Светлый каррикс шевельнулся. Его кормящие руки были толщиной с человеческие и длиннее их. Пальцы – как паучьи лапки; больших, отделенных от других, нет. Крупные плоские глаза остановились на Дафиде, но ответа не последовало.

— Библиотекарь моей доли сказал, что мне открыт доступ в комплекс, мои помещения и переходы между ними. Позволено ли мне ходить куда-нибудь еще?

Каррикс зашевелил пальцами, засвистел, забулькал. Из черного квадратика на шее зазвучал памятный по Анджиину голос. Бесстрастный голос победителя.

— Доступ в одно место не относится к другим местам.

— Благодарю. Значит, есть места, куда мне позволено ходить?