Книга Милость богов, страница 72 – Джеймс С. А. Кори

Потом, если удавалось успокоиться, сознание отключалось, и несколько часов ее не существовало. Не настоящий сон, но что-то похожее.

Вернувшись, приходилось решать, что делать дальше: остаться на месте и постараться снова уснуть или отбросить одеяло и прожить еще один день. Работа избавляла от выбора. Она вылезала из постели, вставала под странный душ, вытиралась, одевалась. Делала то же, что и нормальные люди, даже завтракала: яйца, мясные консервы, цитрусовые – слегка одеревеневшие, но еще содержавшие немного кислоты и сладости, и чашка свежезаваренного кофе, – а потом в лабораторию. Так было проще, чем выбирать, вот она и не выбирала. Действовала на автомате. Не думать – почти так же хорошо, как не быть. Прочно занятое второе место. Она заполняла мысли наукой, чтобы сбежать от своих чувств, и все оказывалось таким привычным, будто она проделывала это не в первый раз.

Погрузившись в рутину, затерявшись в ней, она готова была поверить, что живет прежней жизнью. Работает в лаборатории с Тоннером и его группой. Брат ждет дома, чтобы поговорить об ужине и о девушке, которой он увлекся на этой неделе. Никто не выживает из ума. Никто не стал рабочей скотиной пришельцев. Приятно было отдаться грезам хоть на несколько минут в день.

Они с Иринной сменяли Илси и Кампара, доводили до конца начатые ими опыты и процессы и переходили к следующему этапу, намеченному Тоннером. Доска, или система передачи сообщений, или бумага с ручкой, или наклейки с записками облегчили бы им жизнь. Впрочем, у Иринны была отличная память, и Джессин охотно полагалась на нее.

В этот день они замеряли зависимость движения клетки от градиента питательности. Илси с Кампаром взяли у недочерепахи образец ткани и поместили в гель с подходящими питательными веществами: простыми сахарами, алкалоидами и растворимыми углеводородами. Если клетка двигалась к источнику питания, он, скорее всего, был пригодным для нее, если нет – токсичным. Если клетка оставалась на месте – чаще всего так и случалось, – значит она не обладала метаболической активностью либо взятая за образец ткань не отличалась подвижностью.

Джессин проводила опыты, чему научилась еще на базовом курсе. Превращала мазок слизи в разгадку головоломки. Какая хитрая шутка – биология! Простая плесень способна пройти сквозь лабиринт, чтобы найти себе пищу. Стоя над чашкой с гелем, она снова начинала гадать насчет Джеллита. Может, он тоже здесь, в этом городе-мире карриксов. Где-то там, на одном из тысяч уровней, в одном из сотен тысяч помещений и переходов, затерянный среди чудовищ. Будь у нее подходящая плесень, та, наверное, показала бы, как пробраться к нему через этот лабиринт. К нему и другим анджиинским пленникам. Сама Джессин ни черта не знала об этом.

— Нам нужна сперма, – сказала Иринна.

Джессин подняла бровь. Если Иринна старается вести себя как обычно, она последует ее примеру. Подыграет. Она улыбнулась, словно была в своем уме.

— В последнее время выбор партнеров невелик.

Иринна закатила глаза и погрозила ей пальцем, дожевывая захваченный с собой сэндвич с ветчиной и сыром.

— Или пыльца, споры, что-нибудь такое. Я хочу сказать, они – не клоны. Даже в этом маленьком образце полно индивидуальных различий. Предположим, что в процессе воспроизводства гены смешивались: значит, у тех ягод есть аналог обмена хромосомами. Найдя его, мы найдем средство кодирования. Как это должно выглядеть, уже известно: отсутствие периодичности, множественное копирование, наличие во всех генеративных тканях. Но если мы получим от них сперму, не придется перебирать груду функциональных молекул неизвестного назначения, понимаешь?