Книга Хрупкость, страница 12 – Кортни Ли Винн

Она неспешно подходит к столу с расставленными на нем мясными блюдами, с коварной улыбкой кладет в рот маленькую колбаску и начинает громко жевать. Тарелла знает, что от одной мысли о мясе мне становится дурно.

— Неужели? – Это не вопрос, а наименее враждебный ответ. Я прекрасно знаю, что она пришла вовсе не за этим.

— Ладно, – соглашается Тарелла, откусывая очередной кусок. – На самом деле я пришла не для того, чтобы пожелать тебе удачи, а чтобы попрощаться, пока тебя не убили на шестом уровне.

— Интересно. Судя по тому, как жадно ты набросилась на мясо, мне кажется, ты явилась сюда на поиски того, что еще не успела положить в рот. – Тарелла часто хвастается, что ей позволено встречаться с кем она захочет, и я в ответ позволяю себе оскорбительные замечания о ее многочисленных партнерах.

Тарелла зло смотрит на меня и облизывает жирные пальцы.

— Я хотя бы знаю, каково это. – Она кивает на стол с нетронутыми мясными блюдами: – Я имею в виду фуршетный стол. Довольно изысканно… и есть из чего выбрать. – Она мило улыбается, вытирая пальцы о полотняную салфетку. – Тебе следует попробовать перед смертью.

Меня снова переполняет гнев, я стискиваю зубы, и мои окровавленные кулаки дрожат.

Тарелла грациозной походкой направляется к двери, которую предупредительно распахивают перед ней стражники, и машет мне рукой:

— Прощай, Низзара.

Позже, после ухода Тареллы, когда я стараюсь выбросить из головы воспоминания о ней, в комнату вплывает невидимый, но вполне осязаемый дух Лихи. Она устраивается в моем заклинательном щите, который вибрирует вокруг меня, как невидимая энергетическая мантия. Я швыряю кинжал, и он вонзается прямо в центр подвесного мешка.

— Готова разогреться перед поединком? – спрашивает Лиха. Ее голос похож на звон колокольчиков у меня в голове.

— Отец все равно заставит нас это сделать, – мысленно отвечаю я и выдергиваю кинжал из мешка.

Лиха возмущенно фыркает, но не испытывает удивления. Она знает, что я никогда не хотела быть заклинательницей, в отличие от многих других обитателей королевства.

Магия духов затягивает, опьяняет и грозит одержимостью, но жители всех трех королевств видят в ней лишь символ престижа и власти. Не задавая лишних вопросов, они сливают воедино кольцо-сосуд и духа.

Я закрываю глаза и крепко стискиваю рукоятку кинжала. Нежное, воздушное присутствие Лихи ощущается в моем сжатом кулаке как теплое дуновение, чуть более осязаемое, чем воздух. Это ее тактичный способ успокоить меня, но с каждым днем он помогает мне все меньше и меньше.

И хотя я никогда не хотела быть связанной с духом, за долгие годы я успела привыкнуть к Лихе, к ее доброму сердцу, скрывающемуся за вспыльчивым нравом, и начала ценить нашу дружбу. Пусть даже в прошлой жизни она была заносчивой принцессой из Хешены, которую интересовала исключительно власть.

Часто она – это все, что у меня есть.

Я снова целюсь кинжалом в мешок, и в этот момент судья в форме с цветами трех королевств – черного, красного и белого – стучит в дверь и заглядывает в зал, демонстрируя три пальца и сжатый кулак.

— Тридцать минут до начала, – произносит он и с поклоном исчезает.

Через несколько минут появляется отец, на этот раз без своего военачальника пехоты Соррена. Он смотрит на искромсанный окровавленный мешок, а потом переводит взгляд на мое рваное платье, в котором я была на казни.