Книга Испытание гордости. Возлюбленная юга, страница 39 – Ярослава Баженова

В таком темпе прошла неделя.

Неделя, наполненная нервами, кровью и рвотой. На третий день я начала отхаркиваться розоватой слюной, лекарь лишь разводила руками и поила меня укрепляющими и противовоспалительными отварами. Рана Императора же вновь начала гноиться, и он всё чаще и чаще стал уходить на промывания. По ночам лорд стонал во сне от боли, и тогда я могла лишь гладить его по волосам, не в силах никак облегчить его мучений.

На четвёртый день леди МакАлисер отдала приказ переложить меня в другую комнату.

Взгляд Императора, переполненный холодной яростью, был лучшим ответом для неё. Они спорили долго и насыщено, если в этот момент я была не настолько слаба, то обязательно бы поняла, о чём именно. Но в ушах шумело, поэтому я не могла разобрать ни слова. В конечном итоге, меня оставили подле лорда МакАлистер… и отчасти я была этому рада.

А на восьмой день всё резко прекратилось.

Я просто проснулась рано утром с осознанием того, что в груди больше не пекло, тело не ломило. Горло пусть саднило, а нос был наглухо заложен, но это лучше, чем-то, что было. Переполненная непередаваемым счастьем, я невольно улыбнулась, поверну в голову к лорду. Тот до сих пор спал, ему полегчало ещё позавчера, рана начала затягиваться. Теперь он даже повязок не носил, и я могла рассмотреть его шрам, пока что покрытый корочкой.

Вошла прислуга, что каждое утро подавала нам завтрак. Я кивнула им головой, поднимаясь на ноги. Пусть меня каждый вечер обтирали и меняли одежду, я всё равно чувствовала себя просто ужасно. Поэтому, приблизившись к девушкам, произнесла:

— Не мог бы кто-нибудь из вас помочь мне принять ванну?

— Конечно, миледи, — быстро кивнула одна из них, отдав поднос с едой в освободившие руки другой служанки. — Следуете за мной.

Меня сопроводили в другое помещение, наполнили ванну тёплой водой, помогая раздеться и опуститься в неё. Довольно улыбнувшись, я невольно расслабилась, когда девушка начала мыть мне голову. Волосы за весь период болезни были грязными, и теперь отдавали каким-то мерзко-серым оттенком, нежели присущим мне белым.

В воде я провела практически час, упорно оттирая себя от грязи. За это время служанка разговорилась, поведав мне о том, что творилось в поместье, пока мы с Императором были немного недееспособны. Как оказалось, на днях прибыл священнослужитель из храма жизни, под предлогом того, что ему доложили, будто бы кто-то сильно болен, и он желал помолиться за несчастного.

Леди МакАлистер, известная горячим нравом, не пустила мужчину даже на порог, говоря с ним в дверях, не выказав и малейшего уважения. Эта весть уже распространилась на ближайшие поселения, вызвав общественное недоумение.

Я решила никак не отвечать на эту ситуацию, поняв, что испытываю двойственные чувства от происходящего. Не успела я вылезти из ванной, как меня тут же закутали в полотенце, обтёрли, после облачили в платье, которое висело на мне, и сопроводили обратно в покои.

Его Величество уже был бодр. Он сидел в кресле, цедя чай и продолжая читать книгу, название которой я так и не узнала. Нерешительно застыла в дверях, прежде чем выпрямиться и прошествовать к пустому креслу, заняв его.

— Доброе утро, лорд МакАлистер.

— Доброе, — мужчина склонил голову, — вижу, вам уже лучше. И всё же, мне бы хотелось, чтобы вы ещё лежали в кровати, пока полностью не выздоровейте.