Книга Испытание гордости. Возлюбленная юга, страница 37 – Ярослава Баженова

— Мне жаль.

— Не говорите глупостей, — Император недовольно поморщился, — вы ни в чём не виноваты. Я знал, что жрицам бога Жизни моё правление приходится не по душе. Официально в мою сторону гонений не было, но эти твари никогда не стыдились напасть исподтишка.

— Вы знали о нападении? — поинтересовалась, невольно задержав дыхание.

— Я надеялся его избежать, — покачав головой, честно ответил лорд МакАлистер. — Не берусь утверждать, но кто-то выдал им мой маршрут.

— И они за это поплатятся, мой дорогой.

Я дёрнулась, заслышав этот холодный, полный решимости голос. Захотелось спрятаться под одеяло и больше никогда не показываться на глаза этой страшной женщине. Приступ кашля накрыл меня в самый неподходящий момент, привлекая лишнее внимание.

Цепкий взгляд карих глаз тут же направился в мою сторону, заставив поёжиться. Леди МакАлистер была статной женщиной с тёмными короткими волосами, прикрывающие её уши. С ровной бронзовой кожей, раскосыми глазами, тонкими губами и величественной походкой. Она внушала невольное опасение и трепетание одним своим видом.

— Аврора, — твёрдо произнесла она, сделав несколько шагов вперёд, — я бы хотела принести вам извинения за свои действие и недоверие, хотя сожаления не чувствую, в наше время лучше проверить всё, чем после сидеть на пепелище и молиться.

— Отчий дом моей матери сожгли служители храма Жизни, — сухо сказал Император, больше не смотря в мою сторону. — Сестру моего отца так же убили они, но… без доказательств их причастности.

— За что?

— МакАлистеры считались издавна одним из самых древних и могущественных тёмных родов, — важно произнесла леди, опустившись в кресло, находящееся неподалёку от постели. — Считалось, что нам благоволит весь тёмный пантеон, и это вызывало соответствующие волнения в народе и среди служителей других храмов. Они считали, что тьма, в конечном итоге, может завладеть нашими душами и уничтожить государство.

— Пока наш род не претендовал на трон, всё держалось относительно спокойно, — продолжил лорд, отложив от себя книгу. — На престоле правили Бальдервы, честность и правосудие, как отзывались о них в народе. Но в одну ночь произошло страшное, некто объявил о начале охоты на представителей этого уважаемого рода. За полгода убили всех, даже тех, чьи имена была с позором стерты с семейного гобелена.

— И ваш род был следующим по списку, — догадалась я, поражённая масштабами заговора.

— На нас поставили клеймо «убийц», распускали грязные слухи о нашей дурной славе и крови, но восстания поднять так и не смогли, — высокомерно произнесла леди МакАлистер, но сразу было видно, её ярость была направлена на тех, кто посмел оклеветать её род. — Я и мой супруг взошли на престол, Мейри и Валдер МакАлистер, мы правили практически сто лет, но больше не смогли. За год до того, как провести передачу престолонаследия нашему сыну, моего мужа до смерти затоптала его же конь, когда он совершал прогулку по окрестностям. Жрицы Жизни голосили на каждом углу о том, что их бог покарал очернённого, и я поняла, что больше не желаю иметь ничего общего ни с дворцом, ни с властью.

Я натужно закашляла, всё ещё изумленная услышанным. Не понимаю, мне всегда казалось, что всё, что каким-либо образом связано с жизнью, несло в себе лишь приятные оттенки. Однако услышанное подсказывало обратное, о том, что мне лгут, даже мысли не возникло, не было это похоже на продуманный обман. Слишком осязаема была ненависть и неуспокоенная боль от потери.