Книга Лишняя невеста Волка, страница 70 – Марьяна Снежинская

Слова мамы и реакция клана меня вдруг взбесили. Хотелось броситься и доказывать, что они зря наводят панику, вселяя ужас в молодежь. Какое наступление, какое сражение с Темными? Погибнут все! Потому что никто долгое время не верил, да и сейчас я, например, не мог принять, что дело зашло так далеко и что мы оказались на грани противостояния. Ненужного никому! И байки о врагах всего лишь способ держать молодняк под контролем, не дать разбежаться в конце концов, бросив стаю.

— Ее зарезали! — произнесла мама строго, не желая спорить.

Я взгляд опустил на свои раскрытые ладони внезапно. Вместо вен и капилляров будто реки — реки крови. Не моей! Чужой. Горячей, как источник в горах.

— Будут проверять всех, Ник. И если кто-то из наших — ему грозит казнь!

— Пф! — упал я снова на постель. — Нашим-то это зачем? Глупости. Она жила с родителями, да? Ну собирала ягоды, травы полевые, помогала молодым волчицам с младенцами. Да кому нужно-то было с ней расправляться?

— Вот и узнаем, — поднялась мама, унося поднос с едой. — Говорят, незадолго до этого ты с ней общался, — ресницы ее взлетели, она так строго взглянула, что меня пробрало и на мгновение ярость взяла вверх над разумом.

— Ты к чему клонишь? — я голос повысил, аж самому стало дурно.

Но… мозг словно в схватку вступил с чем-то другим, неконтролируемым.

— Ты хочешь сказать, что виноват я? — оскалился... Видел бы отец, я бы уже летел со второго этажа и повезло бы, если не на вилы.

— Я ничего сказать не хочу, Ник. Ты мой сын и защищать я буду тебя всегда. Даже вопреки… — вздохнув, открыла она дверь.

— Ты же сама сказала, меня нашла Вероника, — крикнул я ей в спину, не желая заканчивать разговор. Мне было еще, что сказать.

Воронка внутри засасывала в черный водоворот, напоминающий преисподнюю. Я бился, рвался, метался, но выбраться будто бы не мог. И волк выл так трагично, будто предрекая беду. Как собака в темном дворе в зимнюю ночь, предвещая смерть хозяину.

И стена непонимания только росла. И вот уже мама оказывалась по ту сторону.

— Спроси у нее сам! — услышал и все.

Мама вышла, оставляя меня одного наедине с терзаниями и адскими противоречивыми чувствами.

Я начинал себя ненавидеть и вместе с тем весь мир.

— Не злись! — в комнату заглянула Вероника, стоило маме уйти. — Оно того не стоит.

Она подошла ближе, оказавшись у края кровати, присела, откинула прядь волос с плеча, заполняя помещение сладким запахом своих духов. Они кружили голову, уволакивая в какой-то невидимый плен.

И я будто растворялся во всем этом, теряя себя и собственные мысли, которые еще недавно так тревожили.

— Ирис мертва!

— В курсе. Туда ей и дорога, — фыркнула презрительно моя невеста. — Не думай о ней, любимый. Лучше давай о нас. Скоро новолуние, а затем я рожу тебе наследника…

— А если будет наследница? — не сводя взора с Вероники, спросил я.

Я никогда не гнался за тем, чтобы обязательно в семье были пацаны. Вообще об этом почти не думал, а тут, стоя на пороге перемен, не мог откинуть эту мысль теперь.

Ну, какая разница! Чего все так уперлись в наследника? Главное — волк! Не полукровка, а сильное и здоровое потомство.

— Нет, — лицо Вероники на миг исказилось, став хищным, чужим. Тень промелькнула такая четкая, что я замер на секунду. — Наследник, Ник. Тебе придется постараться сделать все по правилам, а потом… ты займешь место Альфы.