Книга Под скорбной луной, страница 59 – Карен Одден

— Некоторые дают интервью газетам в надежде почувствовать себя важными персонами. — Я расстегнул пальто и кинул его на крючок. — Не стоит так переживать. Люди, подобные Перселлу, не воспринимаются в суде достойными доверия свидетелями. Обычно газеты платят им за этакие откровения либо покупают им выпивку.

Даймлоу вздохнул с облегчением, да и капитан, похоже, несколько смягчился.

— У меня несколько вопросов к вам, мистер Гаррисон. Боюсь, что это конфиденциально.

Мне не хотелось, чтобы у капитана возникло ощущение, что ему следует доказывать правдивость своих предыдущих показаний в присутствии Даймлоу. Гаррисон кивнул инженеру, тот в ответ почтительно склонил голову и, выйдя из кабинета, плотно прикрыл дверь. Я предложил капитану присесть на соседний стул.

— Благодарю, что помогли опознать мистера Шмидта, — начал я. — Мистер Стайлз сегодня общался с его семьей.

Гаррисон грузно обмяк на стуле.

— Вот ведь чертова петрушка, вдобавок ко всему прочему… Я знал его как хорошего лоцмана.

— Каким он был человеком?

Капитан на секунду задумался.

— Должен признать, что не слишком симпатичным. Однако с нами Шмидт совершил три рейса — и никаких неприятностей я от него не видел. — Он пожал плечами. — Пруссакам сейчас, после войны, приходится нелегко, однако я никогда не сужу о человеке по национальности.

— Так он из Пруссии?

— Там родился. Его отец служил рулевым, ходил по Рейну, так что ремесло у Шмидта в крови. В Англию он приехал семнадцатилетним мальчишкой и начинал как перевозчик грузов по реке.

— Шмидт никогда не рассказывал, где изувечил пальцы?

— Говорил, что еще в юности рука попала между бортов двух лодок, — поморщился Гаррисон.

Стало быть, изуродованная рука — еще не доказательство, что лоцмана наказали за невыплаченный карточный долг. Впрочем, Гаррисона он мог и обмануть, поскольку тот, похоже, азартные игры не одобрял.

— Никогда не видели его навеселе?

— Ни разу. — Капитан наклонился ко мне. — Я могу позволить себе кружку эля за обедом, но не больше, и от своих людей требую подобной же умеренности. — Он рубанул рукой воздух. — Жаль, не знал, что Перселл пьян! Ни за что не пустил бы его на борт, что бы там ни говорил инженер.

— Что известно о личной жизни Шмидта? О покойной жене, о семье?

— Боюсь, крайне мало, — вздохнул Гаррисон.

Я уперся локтями в столешницу и сплел пальцы.

— Вы не упомянули о столкновении с баржей при выходе из Миллуолла.

Капитан на мгновение растерялся.

— Ну, тот инцидент вряд ли имел отношение к «Принцессе Алисе». Да и не столкновение там было, а так, тычок. На барже признали свою вину — они ведь пересекли наш курс. Пришлось подписать несколько бумаг, и нам разрешили следовать дальше. — Он задумчиво поскреб подбородок. — Я в свое время год служил в портовой комиссии по расследованиям и оттуда вынес убеждение, что следует сосредоточиться на главной задаче. Излишняя информация лишь мешает.

Что ж, справедливо…

— Насколько мне известно, вы — один из владельцев «Замка Байуэлл».

— Владею одной шестьдесят четвертой.

— Пытались ли вы прибавить скорость, чтобы не упустить отлив?

Гаррисон побарабанил пальцем по подлокотнику стула.

— Мистер Корраван, нам все равно не удалось бы нагнать потерянное время, так что нет. Не пытался. Попали бы в благоприятное течение — так тому и быть. Однако безопасность важнее скорости. Нельзя жертвовать одним ради другого. Это редко окупается.