Книга Под скорбной луной, страница 58 – Карен Одден

Но куда же он, черт возьми, пропал? Почему до сих пор не объявился?

Стоило мне устроиться за столом, как петли входной двери в участок скрипнули, створка распахнулась и тут же хлопнула с такой силой, что задребезжали стекла. Прямо ко мне шел капитан Гаррисон, грозно, словно дубинкой, помахивая туго свернутой в трубочку газетой. Как и вчера, капитан был полон достоинства, однако щеки его покраснели, а глаза пылали от негодования. За ним следовал еще один человек — молодой, хрупкого телосложения. Спутник Гаррисона сжимал в руках шляпу и с любопытством озирался по сторонам, будто никогда в жизни не попадал в полицейский участок.

— Мистер Корраван, вы это видели?

Капитан развернул газету, и при виде заголовка на первой полосе мое сердце упало. На этот раз — не «Сентинел», а «Бикон», гордившийся способностью публиковать самые зловещие истории. Я не раз вступал в конфликт с Фишелом, одним из наиболее падких на сенсации репортеров этой газетенки. Его статьи нередко ставили мои расследования на грань краха.

Пьяный ирландец у штурвала!

Мне с трудом удалось подавить стон.

— Уже видел нечто в этом роде в «Сентинел»…

Я жестом пригласил обоих присесть, однако Гаррисон, гневно выпрямившись, встал у стола, а молодой человек скромно держался чуть позади. Возможно, лоцман? Лицо интеллигентное, производит впечатление профессионала.

— Мистер Корраван, я понимаю, что у вас дел по горло, однако подобную клевету следует публично опровергнуть! — Капитан покраснел еще больше. — Джордж Перселл — лжец! Вот, привел с собой инженера — он мои слова подтвердит.

Ага, инженер… Ну да, я сразу понял, что не простой матрос.

— Как вас зовут? — повернулся я к молодому человеку.

— Даймлоу, сэр. Питер Даймлоу.

— Сколько вы уже работаете на Темзе?

— Почти пятнадцать лет. Джорджа Перселла я знаю. В тот день он поднялся на борт здорово навеселе. — Инженер бросил быстрый виноватый взгляд на Гаррисона. Судя по всему, от начальства ему уже досталось. — Однако я счел, что кочегар справится со своими обязанностями и в таком состоянии. Процедуры там вполне рутинные.

— Как вы отреагировали на его заявление о том, что на борту все были пьяны?

Даймлоу покачал головой.

— Перселл пытался ложью прикрыть собственную непростительную слабость. С капитаном Гаррисоном я ходил в плавание несколько раз и ни разу не видел его даже под легким хмельком. Все остальные члены экипажа также были трезвы.

Я обратил внимание на шляпу в руках инженера. Не дрожат ли его пальцы, выдавая либо смятение, либо сомнение? Нет, котелок совершенно неподвижен.

— Если честно, Перселл — хвастливый недоумок, хотя в обычных обстоятельствах это неважно. Знай себе греби уголь лопатой.

— Однако обстоятельства не были обычными, — перебил его капитан. — Хуже обстоятельств не бывает.

— Простите, мистер Корраван, — продолжил Даймлоу, — но я хотел сказать, что сам Перселл был пьян в дым и потому пытался сочинить как можно более сенсационную историю. Я слышал, что к следующему утру он еще не протрезвел.

— Логически рассуждая, бред кочегара не выдерживает никакой критики, — горячо добавил Гаррисон. — Как мог экипаж предпринять столь героические усилия для спасения утопающих, если был поголовно пьян? А чего стоят его заявления о том, что ирландцы склонны заложить за воротник? Я плавал со множеством уроженцев Ирландии, и все они были уравновешенными и непьющими людьми!