Книга Вторая жизнь барышни Софьи продолжается, страница 88 – Нинель Мягкова

— А что насчет типографии госпожи Мещерской? — прищурившись, уточнил судья.

— Что насчет нее? — невозмутимо отозвался Белоярский.

— Вы отдавали приказ о поджоге, зная, что внутри находится она сама и, возможно, еще люди?

Какой молодец господин Велявский, тактично обошел тему пребывания барышни в одном закрытом помещении с мужчиной. Наедине. Уж насколько он замшелый пень, а положительные стороны тоже имеются.

— Нет, конечно! Мы с госпожой Мещерской знакомы лишь шапочно. Она обещала выпустить интервью со мной в местной газете. И прикрываясь этим, похоже, подбросила мне некие вещи из вашего списка. А что касается поджога, то я вообще не имею к нему ни малейшего отношения. Учитывая сущие копейки, которые платили там работникам, удивительно, что они давно все не спалили!

— Поаккуратнее с выражениями! — постучал молоточком по столу судья.

Будто мне по голове постучал. Не хватало только, чтобы меня притянули за пособничество или еще хуже — обвинили в клевете! Доказательств на то, чтобы утопить Белоярского, хватит с лихвой, но если часть их списать на якобы подкинутые мной, обвинение зашатается.

— Всего лишь мои личные догадки, — флегматично пожал плечами Белоярский.

Чувство, что его вовсе не волнует течение процесса, не отпускало. Неужели так уверен в покровительстве князя? Не понимает, что из полезной пешки уже стал разменной монетой, которую пора выбросить?

— Госпожа Мещерская! Вам слово, — вяло сообщил секретарь суда.

Я поднялась на подрагивающих ногах. Вроде бы ни в чем не виновата, но ощущение, что меня казнить собираются.

Сташевский поймал мой взгляд и задорно подмигнул.

Знает что-то, чего не знаю я?

Впрочем, мне не до него.

Нужно четко отвечать на вопросы, не сбиться, не запутаться и не наговорить лишнего. Шанс исправить ситуацию у меня всего один.

— Сразу сообщу, что ничего никому не подбрасывала! — выпалила я, но мои оправдания особо никого не волновали.

Господин Велявский придерживался линии допроса неукоснительно.

— Вы являетесь владелицей типографии, пострадавшей от злонамеренного поджога?

— Я, Ваша честь.

— Значит, это на вашу жизнь было совершено покушение?

Вот тут аккуратнее. Поджог имущества — одна статья, убийство и покушение на него — совсем другая.

— Моя жизнь, как и жизнь остальных людей в здании, была вне опасности, — возразила я. — К счастью, в типографии имелись пути отхода, специально предусмотренные на случай бедствия. Поджог имел целью меня напугать и вынудить отступить, но никак не причинить вред физически.

— Уверены? — пожевал губами судья.

— Можете запросить данные от страховой компании, — пожала я плечами. — Если бы планировалось покушение, двери должны были запереть и забаррикадировать снаружи, окна заблокировать, облить лестницу, в конце концов. Следы керосина обнаружены лишь на груде тряпок в углу. Чистая случайность, что пол оказался таким восприимчивым к огню, да и обилие бумаг на столах поспособствовало. Конечно, нельзя сказать, что эти двое невинны как девицы на выданье.

По рядам пробежал шепоток вперемешку со смешками.

— Они подожгли здание. Взяли за это деньги. И,разумеется, им положено соответствующее наказание. Но не следует приписывать им намерения, которых они не испытывали. Есть разница между злостными, матерыми преступниками и подростками, решившимися на отчаянный шаг от безысходности.