Книга Атлантика, страница 57 – Ян Бадевский

Подкачало и знание местной терминологии. Взять, к примеру, бреющий полет. Операторы между собой говорили «на бритве» — этимология схожая, но потребуется некоторое время, чтобы сообразить. Или скоростные режимы. Скорость звука в воздушной среде измерялась Махами, отсюда пошли многочисленные веселые словечки. «Не махай» означало «лети медленно, не превышай звуковой барьер». Глагол «отмахать» — быстро домчаться куда-либо, удвоив или утроив порог в 1M. Самое интересное, что верхней планки не существовало. Оператор мог ускоряться хоть до бесконечности, поскольку перегрузки воздействовали на машину, а тело удаленного пилота находилось в полной безопасности. Естественным ограничителем служили технические характеристики мясников. И только.

Другие операторы снисходительно относились к ошибкам Дениса. Всех предупредили, что в звене будет летать новичок. Под водой тоже пробыли некоторое время. Среда другая, всё медленнее. Приходилось учитывать видимость, границы преломления, множество других параметров. Все это обрабатывалось нейросетью мясника практически мгновенно. Денису казалось, что он поумнел и обрел вселенское могущество. На деле, его человеческие способности просто усилились благодаря слиянию. Во второй раз все получилось естественно, без подсознательного отторжения. АБСУД не обладал машинным разумом — его можно было сравнить с механическим зверем. Не роботом даже, а системой, заточенной на удаленное подчинение чужой воле.

— Восстания не жди, — сказал Бармаглот, когда они сидели вчетвером в операторской столовой и уплетали за обе щеки свои порции. Денис полностью отошел от вчерашнего приступа и ел с аппетитом. — Эти штуковины не способны самостоятельно развиваться.

— Что радует, — буркнула Снежана.

— Ты и мясников не любишь? — поинтересовался Денис.

Девушка покачала головой.

— Не в этом дело. Сам посуди: на Земле два доминирующих вида…

— Это кто? — перебил Киви.

— Муть и мясники. Кто же еще?

Паренек чуть не подавился супом.

В столовой было немноголюдно. К этому моменту Денис уже выяснил, что модуль «Бешеных Барракуд» несет сорок восемь АБСУДов и два десятка менее экзотичных аппаратов, включая аэрокары. Операторов кормили в две смены, так что сейчас под сводом из тусклых панелей дневного освещения собралось максимум двадцать четыре человека. Гремела посуда, слышались разговоры и громкий смех. Люди радовались новому рейду — пахло хорошими деньгами.

— Ты кушай, — Бармаглот добродушно толкнул Киви в плечо. — Снежок у нас известный человеколюб и гуманитарий. Не тварь дрожащая и право на свои взгляды имеет.

Ноздри девушки расширились.

Снежок.

Но Бармаглоту всё прощалось — здоровяк относился к когорте давних друзей и соратников.

Денис помалкивал, вслушиваясь в беседу.

Затем пришла его очередь.

— Бери пример с Дениски, — прогудел Кунцевич, расправляясь с перловкой и котлетами. — Сидит, никого не трогает. Накапливает компромат. А вдруг он шпион инопланетный?

— Еще какой, — буркнул Денис. — С детства готовили. Вторжение планируется уже триста лет, но вы здесь натворили всякого… Муть эту расплодили… Вот мы думаем теперь, нужно ли колонизировать планету. Рабов мало, в океане радиация, фауна агрессивная опять же.

— И как? — заинтересовался Бармаглот. — Будете оккупировать?