Книга Столица на краю империи, страница 15 – Ян Бадевский

— Так уж и любые, — Маро пронзила взглядом собеседника.

— В пределах разумного, — Барский не отвёл глаза.

Маро усмехнулась.

— Тогда я хочу, чтобы ваша шайка оставила в покое моего сына. Не пытайтесь его искать, давить на него через сны или иным способом. Просто отпустите.

— Это потребуется согласовать, — растерялся граф. — Он работал на нас…

— Мне плевать, на кого он работал, — отчеканила Маро. — У вас есть срок до полудня. Я хочу получить гарантии. Вы не тронете Луку, я буду за вас драться на арене. Очень простая сделка, Артур.

— И какие тут могут быть гарантии? — опешил начальник СБ.

— Слово Трубецкого.

Правый глаз Барского дёрнулся.

Ох, непростыми исследованиями занимался Каримов. Очень непростыми. И очень важными для Великого Дома. Никто его отпускать не хотел, Маро правильно оценила ситуацию.

Тогда вмешался я:

— Будут гарантии. От меня.

Аристократы синхронно повернули головы в мою сторону.

— Князь даст обещание и выполнит его, — сказал я. — В противном случае, я буду рассматривать нападение на Луку Каримова, как нападение на свой Род.

— Что, прости? — лицо Барского совсем посерело. — Но он не относится к твоему Роду!

— Согласитесь, Артур Олегович, это не столь принципиально. Главное, что считаю я, не так ли?

— Да ты охренел! — рявкнул граф.

— Возможно. Но в ваших интересах исходить из этой реальности.

— Я не знаю, чем занимался мой сын, — вновь заговорила Маро. — Да мне и наплевать, если честно. Хотите вступить в борьбу за имперский трон — выполните мои условия.

Барский тяжело дышал.

Глаза эсбэшника метали молнии.

— Время до полудня, — напомнила Маро.

И зашагала к лифтам.

По дороге обернулась:

— И да, после Турнира я выхожу из клана.

* * *

Я дико устал.

Осознание этого пришло даже не в тот миг, когда я покидал «Космос». И не в тот, когда я садился в машину-артефакт, успешно притворявшуюся машиной. Я, кстати, признателен Луке за то, что он решил меня дождаться и подбросить до Фазиса, где несли вахту мои люди с Хорвен.

Усталость я почувствовал позже.

Когда за нами прибыл домоморф, я переступил родной порог и бросил взгляд на часы. А потом вдруг до меня дошло, что мне абсолютно пофиг на судьбу империи. То есть, не важно, примет Маро участие в этом грёбаном Турнире или нет. При любых раскладах, ей отвечать за этот выбор. А мне просто хочется поспать. А ещё — заняться какой-нибудь рутиной. Никого не резать, не закатывать под землю, не травить и не сбрасывать в подвал с высоты двадцатого этажа. Просто бытовухи хочется. Поел, потренировался, разобрал скопившиеся бумажки. Посмотрел, как там новые таунхаусы строятся…

Эх.

Недостижимая мечта.

И всё же, я попытался вступить на тропу гедонизма. Отправил гончую в её каморку, распустил эсбэшников, принял душ и завалился спать. Стрелки на часах клонились к пяти утра, и я мгновенно провалился во тьму.

…Разбудил меня телефонный звонок.

— Кто там? — я расплющил один глаз, потом второй. — Бродяга, почему так рано звонят?

— По меркам вашего вида, не рано, — ответил домоморф. — Сейчас половина первого.

— Ночи?

— Дня.

В голове начало что-то проясняться.

— А звонит кто?

— Абонент находится в пансионате «Космос», Екатеринбург. Это межгород, Сергей.

Предусмотрительный домоморф создал аппарат прямо возле моей кровати, на тумбочке. Поэтому, догадался я, и звук такой отвратительно громкий.