Книга Столица на краю империи, страница 123 – Ян Бадевский

Город молчал.

Ни музыки, ни детского смеха, ни лая собак. Только ветер гулял по пустым улицам, поднимая песок, да где-то в глубине кварталов ухали генераторы.

И над всем этим — небо, усыпанное звёздами, какое бывает только в пустыне.

Мы отвязали проекцию от метки и отправили гулять по городу. Управлял дублем Такахаси. Чем больше картинок транслировалось, тем лучшее представление я получал об этом месте. Трансляция шла ещё и на Демона, а также на моих стихийников.

При ближайшем рассмотрении выяснилось, что храм неплохо переоборудован под долгосрочное проживание. В качестве источников энергии выступали генераторы, вот только я понятия не имею, откуда у морфистов столько бензина. До солнечных панелей в этой реальности ещё не додумались.

Часть трёхэтажных домов тоже оказались обитаемой — там были нормальные оконные рамы, двери, отремонтированные крыши. Стены были выкрашены светло-голубой краской. Также разведка доложила о баках с водой, установленных на крышах зданий. Очевидно, что вода в этих ёмкостях нагревалась по халифатской модели.

Такахаси вычислил маскировочную сетку, прикрывающую частный дирижабль, ангар для мехов и хранилище големов. Очень быстро мы обнаружили продуктовый склад и артезианскую скважину с подключённым электрическим насосом.

Интересно, подумал я, когда этот город покинули люди?

Двадцать, тридцать лет назад? Или полвека?

Впрочем, неважно.

Я терпеливо выждал положенный час, потому что дал слово пакистанцу. Такахаси доложил, что из Гермополя выехала неизвестная машина, под завязку нагруженная канистрами с водой. Неизвестно, куда приедет морфист, да это и не играет роли. Когда всё закончится, я его найду по метке.

— Приступаем, — сказал я Бродяге. — Объяви полную боеготовность.

С этими словами я вышел из кабинета через сформировавшуюся дверь и оказался на выдвинутой из домоморфа открытой террасе, заполненной мешками с песком.

На мешках был установлен ПТРК «Эол».

Массивная тренога, увенчанная транспортно-пусковым контейнером. Разлапистая конструкция достигала уровня груди, рукоятки управления поблёскивали в свете звёзд, а оптический прицел смотрел в сторону Гермополя одним глазом, готовым навести смерть.

— Красавица, — выдохнул Демон, который напросился в качестве зрителя на шоу.

— Ага, — усмехнулся я в ответ.

Никакой возни с кейсами и вкладыванием ракет в трубу не требовалось — «Эол» прибыл на позицию уже полностью снаряжённым. Федя потратил неделю, чтобы собрать этот экземпляр, и сейчас внутри ТПК покоилась единственная ракета, дожидаясь своего часа.

Я лёг за установку, приник к оптическому прицелу. Пустынный ветер гнал позёмку, но я почти не чувствовал холода — адреналин разгонял кровь быстрее обычного.

В прицеле возникла сетка с дальномерной шкалой. Я поймал в перекрестие цель — массивный каменный блок у входа в храм. Михалыч предположил, что кожух укрывает артефактно-каббалистическую разводку. Расстояние — около двух с половиной километров. Для «Эола» — рабочая дистанция.

Но самое главное скрывалось не в оптике, а в блоке, пристроенном сбоку от прицела. Артефакт — дальний родственник Проектора, добытый мной в Самарканде у хозяина закрытой лавки. Та же технология, что позволяет влиятельным Родам следить за объектами на любом расстоянии, только теперь впаянная в систему наведения.