Книга Великие Дома Империи, страница 146 – Ян Бадевский

В «Султане Махмуде» я провёл два дня.

Шатался по городу, обедал на берегу Босфора, исследовал кривые улочки древней столицы Халифата. Наслаждался теплом — на термометре было девять градусов и светило солнце. У нас наверняка уже всё утонуло в дожде и холоде.

Почему-то захотелось мороженого.

Отыскав на одной из популярных улочек лоток с рожками и знакомой вывеской, я полез за деньгами. Протянув мороженщику никелевый динар, я стал ждать, пока тот разомнёт в глубоком чане белую массу, зачерпнёт ложкой на длинной палке и утрамбует в вафельный рожок. Этой же штуковиной продавец передал рожок мне.

Протягиваю руку, но рожок резко переворачивается.

Хватаю снова — не поймать.

Вот же грёбаные клоуны! Турок откровенно потешался, переворачивая рожок вверх-вниз. Реакция у меня хорошая. Резко выбросив руку, я схватил рожок, но продавец дёрнул свой захват и вытащил мороженое. Оказалось, что два рожка были вложены друг в друга.

Отсмеявшись, турок снял мороженое с палки и протянул мне. Вновь пытаюсь схватить… мороженое падает, перехватывается второй рукой продавца и вымазывает мне нос.

Да что ж такое!

— Шутка, брат! — хохочет турок. — Держи.

Я снова промахиваюсь.

Через полминуты упорной борьбы за еду не выдерживаю. Применяю свой Дар — и палка уличного продавца делается проницаемой. Рожок падает мне в ладонь.

— Как ты это сделал? — на ломаном русском спросил ошалевший мужик.

— Фокус-покус, — хмыкнул я.

И удалился с законной добычей.

Что интересно, в Стамбуле, как и в моей реальности, было два действующих аэровокзала. И оба были международными. Я прибыл на Новое Поле, а вот «Икона небес» швартуется в «Сабиха Гёкчен». Отличие от моего мира в том, что здешний «Сабиха» разместился у южного входа в Босфор, рядом с портом Хайдарпаша и одноимённым железнодорожным вокзалом. И да, «Сабиха» представлял собой водный аэровокзал, рядом с которым приводнялись модернизированные круизные дирижабли. В том числе, и стратосферные.

Мне потребовалось время, чтобы пройти все процедуры контроля, сдать багаж, зарегистрироваться на рейс и отыскать нужный причал. Здесь, в отличие от моего мира, паспорта не менялись на карточки. Всё-таки цеппелин не был полноценным круизным лайнером. Я уже знал маршрут и выкупил одноместную каюту до Палермо. Мне должно хватить двадцати часов, чтобы разобраться со Сперанским. Если не хватит — продлю бронь прямо на корабле, рассчитавшись чеком. Есть такая опция.

«Икона небес» впечатляла.

Новое поколение круизных цеппелинов, в которых гондола и баллон представляют собой единую конструкцию. Вытянутый и приплюснутый пузырь с крыльями-стабилизаторами, пилонами и несущими винтами, в том числе и вертикального взлёта. Белая туша приводнилась у крайнего причала, спустила пандус и начала принимать пассажиров.

Я увидел издалека толпу туристов, вывалившихся на пристань, чтобы посмотреть Стамбул. Невольно начал изучать лица. Сперанского среди этой компании не было. Впрочем, на моей стороне полутьма, подсвеченная фонарями пристани. Очередной дирижабль отбывает поздно вечером.

Набрасываю на голову капюшон.

Так, на всякий случай.

Приблизившись к белому пузырю, я осознал, насколько огромен этот дирижабль. Габаритами аппарат не уступал многопалубным круизным лайнерам, рассчитанным на три-четыре тысячи человек. Насколько мне известно, тут даже бассейн и концертный зал имеются.