Книга Дождись меня в нашем саду, страница 58 – Ульяна Черкасова

— Поздравляю с будущей свадьбой. Присутствовать, к сожалению, не смогу.

— Конечно, понимаю, но Мельця…

Улыбнувшись уголками губ, Арн вдруг подмигнул ей и слегка поклонился на рдзенский манер. Велга нахмурилась. Кажется, она поняла его не до конца.

Скренорец вдруг развернулся и ушёл, не попрощавшись.

Велга осталась стоять в растерянности. В порыве ей хотелось догнать Арна, рассказать всё о Мельце, о том, как она кричала и плакала, когда её обжёг металл Охотников, как она молила о помощи, но, кажется, это было бесполезно. Арн ушёл. Несмотря на годы дружбы, что связывали его с чародейкой, он просто ушёл, не желая ничего знать о её судьбе.

На душе стало гадко, мерзко, и Велга почувствовала тошноту.

Ей стоило ещё выпить.

* * *

— Ваше величество! – Станчик раскинул руки в стороны для объятий, но даже прикоснуться к королеве не посмел. – Вы уже познакомились с моим дорогим другом?

Белый хотел есть. Краем глаза он видел, как дворяне пировали за длинным столом, и мечтал если не о кабаньем окороке, то хотя бы о солянке. Но его подозвала к себе королева. И приходилось стоять возле неё и отвечать на пустые вопросы, придумывая на них лживые ответы.

Венцеслава повела бровью, с лёгкой улыбкой поглядев на Белого:

— Это твой друг, Станчик?

— Конечно, это мой дорогой друг. Я пригласил его на свадьбу твоего братца, будет мне помогать.

Болтовня шута, его писклявый голос и морды, которые он строил, явно потешали королеву, а вовсе не раздражали, как Белого.

— Как же тебе поможет наш… ты так и не сказал, как тебя зовут, рыцарь…

— Идульф. – Имя всплыло в памяти словно само по себе. Лойтурское имя, более подходящее для человека с такой внешностью, как у Белого. Куда более подходящее, чем Войчех. Кажется, он слышал это имя от кого-то на днях, поэтому оно и пришло так быстро на ум.

Простое лойтурское имя. Не плохое и не хорошее. Но улыбка почему-то стёрлась с лица королевы.

Её мрачный, молчаливый спутник – слишком старый для того, чтобы оказаться стражником, и слишком воинственный для советника – пригляделся к Белому с нескрываемым любопытством.

— Так что же, Идульф. – Королева быстро взяла себя в руки и снова натянула улыбку.

От этой дворянской вежливости подташнивало. Белый уже достаточно насмотрелся на это благостное, точно у юродивого, выражение лица. Велга Буривой тоже натягивала похожую маску чистоты и святости.

— Ты певец или танцор? – продолжила королева. – Как будешь помогать нашему дорогому Станчику? Мой любимый брат Матеуш, говорят, пригласил много музыкантов, поэтов и скоморохов на свою свадьбу. Празднования пройдут по всему городу, но для торжества в замке он, наверное, выбрал самых искусных.

Белый стрельнул глазами в сторону шута. Вот уж удружил дурак.

— Я… – Белый и без того не отличался красноречием, а тут и вовсе в горле запершило. – Я… сказитель.

— Сказитель?! – В голосе Венцеславы слышалось сомнение. – Впрочем, голос у тебя чарующий, с такой мужественной хрипотцой.

Будь королева моложе, так Белый бы подумал, что она с ним заигрывает. Впрочем, это, наверное, была старая, усвоенная ещё в девичестве привычка льстить всем подряд. Встречались такие женщины, что для каждого находили особое меткое слово, любого могли очаровать – что старика, что ребёнка. И это, пожалуй, было полезное для королевы качество.