Книга Хроники Тириса. Книга 1, страница 4 – Василий Маханенко

— У нас потери! Мы потеряли робота!

Затем громадина полоснула по борту корабля Мерванов. Я видел, как вспыхнули искры, и судно ушло в сторону на аварийном манёвре. И тогда меня озарило — набирающий скорость кусок станции идёт на меня!

Визор, словно слыша мои мысли, загорелся красным: Опасность столкновения!

Я рванулся к «Ветру», не забыв закинуть резак в крепление. Это Мерваны могут накупить себе дронов, а Каллис роботов. Для меня резак был равносилен месяцу бесплатной работы.

Магниты ботинок мешали, так что пришлось их отключить и, вцепившись в страховочный трос, тянуть себя к кораблю, придавая ускорение. Так выходило значительно быстрее и вскоре я увидел корабль.

— «Ветер», запускай двигатель! — закричал я.

Корабль ожил. Стабилизаторы раскрылись, корпус дрогнул. Я влетел в шлюз, ударился о переборку, несколько раз перевернулся, пролетел в основной отсек и, наконец, забрался в кресло.

Снаружи царила катастрофа. Отвалившаяся часть станции уже почти разнесла весь сектор, где я работал. Обшивка трещала, фермы ломались, балки рвались одна за другой. В эфире стоял сплошной ор — ругань, крики о потерях, команды покинуть сектор, угрозы штрафами. Казалось, что в наушниках бушевал хаос целого мира.

— Вперёд! — выдохнул я.

«Ветер» рванул и ускорение вдавило меня в кресло. Громадина пронеслась неподалёку, заслонив собой весь обзор. Если бы я задержался хоть на минуту, меня бы просто расплющило.

Когда я забрал управление и, погасив скорость, развернул «Ветер», секторов К и Л больше не существовало. Там, где я недавно работал, теперь кружились обломки и горели искры. И, словно посчитав, что я ещё недостаточно деморализован, на визоре появился счётчик добытой руды. 5,4 килограмма. Кто-то мечтал о силовом лонжероне с десятью килограммами фазового сплава? Удачи ему в его нелёгких мечтаниях.

Огромный кусок металла окончательно оторвался от станции и медленно пошёл прочь, вращаясь вокруг своей оси. Я проследил за его траекторией и выругался, осознав, куда летит эта громадина.

Станция, которую мы разбирали, когда-то была полноценным узлом добычи. Мне даже попадались следы прошлой жизни: ряды вмятин от буровых корон, аккуратные площадки для контейнеров, линии кабелей, тянувшиеся по балкам. Ценности, позволяющие приблизиться к норме.

Но куда чаще попадались шрамы войны. Оплавленные ксорхианской биоплазмой секции, в которых металл застыл рваными волнами. Заклинившие двери и люки, которые пытались захлопнуться в аварийном режиме. Брошенные контейнеры с инструментами до сих пор висели там, где их оставили. Кто-то сумел вырваться, кто-то остался здесь навечно, когда чужая атака смела всё.

Уничтоженный ответным залпом корабль ксорхианцев всё ещё был здесь. Он висел над астероидом, чуть дальше станции. Чёрный. Рёбра корабля вытягивались наружу, делая чужой корабль похожим на обугленный скелет гигантской рыбы, изуродованную глубокими трещинами, уходящими вглубь корпуса.

Официальная позиция империи гласила, что корабль ксорхианцев мёртв. Что внутри этого биологического выверта чужого разума сохранились лишь остатки органов и каналы, где давно не течёт энергия. Но все знали, что корабль всё ещё жил своей странной жизнью. Я сам видел, как полгода назад дрон Мерванов приблизился к нему, вспыхнула тонкая игла света, и от дрона не осталось ничего.