Книга Хроники Тириса. Книга 1, страница 10 – Василий Маханенко

— Чем твоё сопровождение может быть полезно? — спросил я.

— Запрос неясен. Требуется уточнение термина «полезно». Что полезно для носителя? Еда? Энергия? Кислород?

— Хорошо, давай уточню, — раздражённо произнёс я. — Мне нужны ресурсы. Может найти их для меня?

— Требуется уточнение определения. Что есть «ресурсы»?

Я нехотя поднялся. Сидеть и страдать смысла не было. Даже если придётся умереть, лучше делать это, общаясь с собственным бредом, чем тупо смотреть в одну точку. Добравшись до «Ветра», который неожиданно стал казаться таким чужим, я открыл грузовой трюм и указал на несколько слитков металла.

— Вот это ресурс. Называется «фазовый сплав». Он мне необходим.

— Уточнение принято. Добавлен термин «ресурсы — фазовый сплав».

Тишина повисла секунд на десять. Я уже решил, что голос навсегда замолчал, когда он снова ожил:

— Проведён анализ возможностей носителя. Предлагается модернизация. При использовании шестидесяти процентов текущих наноструктурных единиц будет сформирован поисковый анализатор.

— И что это даст? — нахмурился я.

— Коррекция сенсорных функций. Новая схема восприятия. Требуется подтверждение.

— Хорошо, корректируй, — согласился я. Хуже всё равно уже не будет.

Ошибся! В глазах резануло болью. Я выругался, выхватил воздух сквозь зубы и едва не ударился шлемом о корпус «Ветра». Мир поплыл, потом сфокусировался. Но зрение не вернулось к норме.

На поверхности металла, прямо передо мной, сияли тонкие прожилки. Серебристая паутина света, вплетённая в панели. Каждая линия отличалась оттенком и яркостью.

— Обнаружен ресурс. Фазовый сплав. Чистота материала — шестьдесят процентов.

Я стоял, не веря глазам. Впервые в жизни я видел металл до того, как провёл по нему резаком.

— Это работает только с фазовым сплавом? — спросил я. — Или с любым другим ресурсом?

— Неверный запрос, — ответило Эхо. — Требуются эталонные образцы. База данных ограничена. Доступен только один ресурс — фазовый сплав.

— Значит, если я покажу тебе другой материал, ты сможешь его искать? — спросил я.

— Подтверждение. При интеграции эталона возможно определение ресурса в окружающей среде.

Я замер, вглядываясь в светящиеся прожилки на панели. Это было не похоже ни на одно устройство, которое я когда-либо видел. У Каллис есть сканеры, у Мерванов целые спектр-лаборатории, но даже они не видят металл сквозь стену. А я видел. Своими глазами.

— Что же, давай проверим, — предложил я и подошёл к ближайшей панели, где серебристые прожилки шли густой сеткой. Резак ожил знакомым гулом. Плазма разрезала металл, я толкнул плиту ногой, «Ветер» её подхватил, переработчик загудел, внутри пошёл нагрев, а через несколько секунд визор выдал результат: 0,92 килограмма фазового сплава.

Я уставился на цифры, как на что-то чужое. С панелей такого размера я вытягивал не больше трети килограмма. Сейчас — почти килограмм. И всё из-за того, что я видел, где нужно резать!

Подняв взгляд, я посмотрел на обломки станции, врезавшиеся в корабль ксорхианцев. Теперь они не были случайным металлоломом. Везде, куда падал мой взгляд, вспыхивали жилы, прожилки, линии света. Каждая плита говорила: «здесь», «режь здесь». И именно это меня смущало:

— Есть возможность отключить анализатор? Кусок, что находится внутри моего корабля, слишком яркий. Не хочу ослепнуть, если попаду в комнату с фазовым сплавом.