Книга Чёрный ратник 4, страница 55 – Макс Гато

Внизу со стороны отряда мятежников посыпался град аурных техник и раздались воодушевленные крики.

— Мы не останавливаемся, — скомандовал я. — Идём прямо на них. Ярослава — левая сторона, бери фланг ближе всех к воротам. Иван с ней. Соловьёв, прикроешь нас. Громов со мной.

Времени на более тщательный план не было. Я ударил каблуками в бока лошади.

Спуск с холма к воротам составлял пару сотен шагов. И мы покрыли их быстрее, чем должны были. Миражи Соловьёва засветились, пока мы ещё двигались. Все фигуры, что он мог поддерживать после уже потраченного полного дня, но этого было достаточно. Четыре или пять дополнительных фигур расцвели в тылу атакующей силы. Желтоватые по краям, неясные, и мятежники дрогнули, не ожидая удара с тыла.

Громов затрубил в рог, давая осаждённым силам сигнал. А затем мы просто влетели в силы мятежников до того, как они закончили разворачиваться.

Я врезался в правый фланг на полном ходу и сразу сбил двух ратников с ног. Вперёд полетели аурные клинки, пробивая доспехи вместе с плотью. Я рубанул саблей, и вслед за веером крови в воздух полетела голова. Я не утруждался ничем изящным, использовал ход лошади, сбивая мятежников. Лошадь бешено била копытами, и я был не один.

Пять всадников, влетевших в не ожидавших удара бойцов, вошли как нож в масло. Вокруг вспыхнуло сразу несколько зелёных щитов, это работала аура Громова. В них прилетели разноцветные техники вольных ратников.

Слева красная аура Ярославы зажглась с особой интенсивностью, Боевой клич ударил и по вольным ратникам, и по обычным бойцам одинаково, а затем в ход пошли Искры и Аурные клинки. Иван уже спрыгнул с лошади и работал двуручным топором без устали, широкие замахи всегда заканчивались одним и тем же: крошились черепа и кости.

Ополчение в лёгкой броне сломалось первым. Легко вооружённые воины рассыпались в стороны, стараясь отойти к линиям деревьев. Ратники были большей проблемой. Лошадь потеряла ход. Я не стал рисковать быть сброшенным из седла, и спрыгнул на влажную землю. И тут же сошёлся с вольным ратником с синей аурой.

Мы обменялись ударами. Я почувствовал, как уставшие мышцы наливаются свинцом. Он был хорош. Лучше, чем остальные. Я едва успел уклониться от синего Хлыста, и назойливая аура врага только расцарапала мне наплечник. Я рванул, стараясь сократить дистанцию, но столкнулся с ещё одним ратником с оранжевой аурой.

Мы проигрывали числом.

В этот момент ворота поместья открылись, и бой превратился в уродливый хаос. Я парировал удары клинком, зелёная аура Громова не раз выручала меня и остальных. Я рубил и крошил, крутился как юла, моё дыхание превратилось в хрип. Красная аура Ярославы вспыхнула на левом фланге, тела валились на землю.

А потом чей-то резкий командный голос приказал бросить оружие. Всё было кончено. Резкий лязг металла и звуки боя стихли.

Я вдруг понял, что это был мой собственный голос.

Я тяжело дышал, сердце бешено колотилось. Я провёл ладонью по лицу и понял, что мой собственный пот смешался с чужой кровью. Земля была усыпана телами. Из нападавших уцелело где-то четверо ратников и несколько ополченцев из тех, что не сбежали. Они сгрудились у тарана, который должен был пробить ворота. Я сделал несколько шагов вперёд и увидел в глазах оставшихся ратников испуг.