Книга Видок 1-5, страница 144 – Григорий Шаргородский

— Извольте выбирать слова, милостивый государь. Вы уже наговорили на две дуэли, причем совершенно безосновательно. Ритуала я не проводил именно для того, чтобы вы имели возможность засвидетельствовать происшедшее. Сейчас можете выполнить свои прямые обязанности, а после мы поговорим о вашем непозволительном для дворянина поведении.

На самом деле чихать я хотел на местную дворянскую спесь со всякими там сатисфакциями, так что дал старику простор для маневра, чем он тут же и воспользовался. С самым деловым видом коллега принялся готовиться к ритуалу. Совершенно непонятно зачем, но он начал делать пассы руками.

Копперфильд местечкового розлива.

Затем, раскорячившись, он замер в углу двора. Через минуту ожил и хмуро посмотрел на меня. Факта мародерства он увидеть не мог даже теоретически — я специально выждал несколько минут после момента смерти, — так что это просто от общей нелюбви к моей персоне.

Отойдя к полицмейстеру, видок начал ему докладывать. Затем мной занялся сам начальник омской полиции. И был он плюшевым до приторности, показывая настоящий класс по смене облика. Куда там оборотням. Инцидент с хамством старого видока мы замяли, а также быстро утрясли все формальности. Меня опросили как простого свидетеля наравне с Евсеем, Захаром и оставшимися в живых жителями дома. Из опросного листа я и узнал, что странного оборотня звали Горазд Иванович Борзов.

Для освидетельствования нас доставили в управу, где уже почти под утро мне и выделили топчанчик для отдыха. Выключился я, кажется, еще на подходе к спальному месту.

Не знаю, может, мне удалось бы проспать и до вечера — полицейским явно было не велено будить меня, — но этим занялся кое-кто другой. Мне приснилась Таня. Да, та самая жертва маньяка, которого мы вроде бы убили. В том-то и дело, что вроде бы…

Похоже, девушка с этим была не согласна. Во сне она привиделась мне не такой, как в реальности, а почему-то в образе подростка двадцать первого века. Кричащий макияж и порванные на коленках джинсы. Обстановка тоже озадачивала — мы находились по разные стороны стекла в допросной комнате, какой ее показывают в полицейских сериалах.

Девушка, словно птица, билась в это окно и пыталась докричаться до меня. Я не слышал ни звука, но мог видеть на ее лице весь спектр эмоций. Там не было страдания и тоски, а только обида, разочарование и чуточку злости. Она словно пыталась объяснить мне, что я в чем-то не прав.

Внезапно лицо девушки исказилось, но теперь уже не от эмоций — на него легла печать смерти. Даже проступили трупные пятна. Вот от этого кошмара я и проснулся.

Похоже, что кричал во сне, потому что в комнатку с топчаном заскочил городовой.

— Ваше благородие?

— Все в порядке, — отмахнулся я от полицейского и, сев на топчане, призадумался.

Не думаю, что сон имеет мистическую природу, тут больше нужно грешить на подсознание. Ну вот не клеились в моих выкладках все известные факты. Не похож Горазд Борзов на того, кто так картинно расчленил девушку. В моем понимании это сделал некто сродни Ганнибалу Лектеру в том образе, в котором его представил Томас Харрис. А на крыльце классического русского терема мы встретили именно оборотня, со всей присущей ему звериной простотой и угловатостью. И еще во время транса я видел, как маньяк подчинил себе Таню. А Борзов даже не пытался влиять на нас ментально — сразу перешел к физическому воздействию. Я уже не говорю об изначальных нестыковках. Надо будет узнать, как вообще родители жертвы умудрились проспать такое событие.