Книга Баллада о павших драконах, страница 89 – Сара А. Паркер

Смягчение её жесткой внешней оболочки.

Не в силах сдержать маленькую улыбку, дергающую мои губы, я убираю её волосы с плеча, чтобы протереть шею сбоку…

— Ты ошибаешься.

Началось. — В чем же, Лунный свет?

— Ты называешь меня способной ученицей, но если бы это было так, я бы не делала этого. — Она тянется вверх, расстегивает плащ и сбрасывает его с плеч, обнажая тонкую черную рубашку, застегнутую до ключиц.

Мое сердце останавливается.

Легкий материал облегает её изгибы, грудь под ним явно лишена стягивающих элементов или поддержки.

Я бы упал на колени, если бы уже не сидел.

Она берет меня за запястье, забирает ткань и кладет мою руку себе на талию. Нежное приглашение, перед которым я не могу устоять, даже в своем ослабленном состоянии. Даже если бы я находился на пороге смерти.

— И почему ты так говоришь? — хриплю я, встречая её взгляд — зрачки-щелки яркого синего цвета, оттененные тяжелыми ресницами.

— Потому что твое прикосновение… распутывает меня. Заставляет с трудом думать. О чем я прекрасно осведомлена. — Она передвигает мою руку вверх, пока та не обхватывает её правую грудь, её соски затвердевают, образуя такие острые пики, что кажется, они пытаются прорезать ткань. — И всё же…

И всё же…

Я опускаю взгляд туда, где моя рука обхватывает её, а затем снова вверх.

Вижу вызов в её глазах.

— Мне показалось, ты сказала, что все твои белые флаги закончились?

Её верхняя губа подергивается, обнажая зубы. — К черту белые флаги.

— Тогда прикажи мне остановиться, — рычу я себе под нос, поднимая руку, пока большой палец не касается затвердевшего соска — едва уловимый стон слетает с её губ, раскаляя мою кровь. Словно она только что влила лаву в мои вены.

Её спина выгибается, тело — немой призыв действовать. Слишком тихо.

Недостаточно.

Я откидываю волосы с её лица, проводя губами по левой скуле. — Прикажи мне остановиться, Лунный свет. — Я подталкиваю её голову в сторону, рисуя следующее признание вдоль линии челюсти. — Ты можешь вернуть свою тишину, а я вернусь к любви на расстоянии, посвящая каждый удар сердца желанию, чтобы ты позволила мне проникнуть тебе под кожу…

Она хватает меня за лицо, вплетая пальцы в мою бороду.

И целует с силой лавины.

Звук, который он издает, — чистый животный рык.

Его руки обвивают меня, прижимая к себе с такой силой, что я чувствую каждое движение его грудной клетки. Слышу размеренный стук его сердца, а от его низкого рокота мой живот сжимается и покалывает.

Тяжесть внутри начинает отступать, сменяясь жаром, вспыхивающим под ребрами, и каждое нежное движение наших губ выдергивает меня из оков страха. Из той паники, что охватила меня при мысли, будто он умрет в этот дей. Что я подведу этого прекрасного самца, который отдает так много, получая взамен едва ли что.

Но он здесь. В безопасности.

Жив.

Он кладет руки мне на лицо, отстраняясь ровно настолько, чтобы заглянуть в глаза, — голодная преданность в его взгляде разрушает меня изнутри. Потому что этот взгляд… это яростное напоминание о том, что его слова чего-то стоят.

Что он ценит мою жизнь превыше собственной, и ничто из сказанного или сделанного мною не убедит его в обратном. Даже моя угроза разнести мир в его отсутствие.

— Создатели, ты меня бесишь.